ЛОДКИ КАМЕННОГО ВЕКА В МЕЩЕРСКИХ ДЖУНГЛЯХ
Лесные реки Северной Мещеры, такие, как Чащур, Бужа, верховья Пры - зачастую самые настоящие непроходимые джунгли. У них топкие берега, густо заросшие ольшаником и ивняком, заваленные мёртвыми стволами, да ещё сверх того подтопленные бобрами. Здесь хорошо зверям и птицам, а вот человеку трудно пройти даже в сухое лето в крепких сапогах - не пускают топь, ил, валежник и заросли. В половодье апреля-мая в мещерские джунгли можно пробраться на лодке - только, конечно, не на моторке, а на чём-нибудь узком, с низкой посадкой, относительно медленном, зато и остойчивом. Мы прошли по Буже на байдарке, лодке ловкой, лёгкой и проходимой - но даже на ней не всегда получалось проползти, например, через затопленный молодой березняк. А пройти там бывает надо: по рассказам местных жителей, лет сорок назад весенняя вода поднималась ещё выше, так что некоторые деревни и хутора оказывались отрезанными от "большой земли" половодьем и зарослями. Но человек всегда найдет выход: так в Мещерских заболоченных лесах и на заросших реках появились лодки-долбленки.
Появились они здесь, судя по всему, еще в те времена, когда самого слова "Мещёра" не существовало (хотя что мы знаем о возрасте этого слова?): 5-6 тыс. лет назад, в конце мезолита - начале неолита, то есть в каменном веке, когда на здешних реках и озерах (а многие нынешние верховые болота в те времена были озерами с топкими берегами) жили охотники-собиратели и рыбаки. Может быть, именно те, кто дал здешним рекам, ручьям и урочищам до сих пор толком не разгаданные названия: Чащур, Шушмор, Ушмор... Остатки древних долбленок археологи находят и в самой Мещёре, и в других озерно-речных, болотистых краях. Конструкция их, отточенная тысячелетиями, практически идеальна для таких мест: узкие, низко сидящие, они скользят между затопленных стволов, ивняка и коряг, словно ужи. А как известно, если что-то работает - лучше не трогай. Поэтому неудивительно, что долбленки дожили до наших дней в почти неизменном виде. Не только как археологические находки, а как обычный бытовой предмет из обихода мещеряков.
По воспоминаниям местных, в совсем недавнем прошлом (до середины 20 в.) на этих лодках делали всё: рыбачили, охотились, ездили в гости, возили сено... "У нас раньше кладбище половодьем отрезало, мы туда весной в родительские дни только на лодке и пробирались", рассказывает внук лесника с Бужи. Даже в приданое мещерской невесте готовили долбленку - просмоленную до черноты, сшитую распаренным еловым корнем. Все части лодки должны быть непременно выдолблены из одного ствола: осины, ели или сосны.
Даже в наше время долбленки в ходу у мещеряков - хотя, конечно, таких лодок стало гораздо меньше. На открытой глубокой воде местные, как и везде, предпочитают моторки. Но по Буже в верховьях и сейчас можно пробраться только на такой мезолитической пироге - поэтому их делают, пользуются, заботливо хранят. В отличие от металлической моторки или обычной деревянной плоскодонки, долбленки можно оставлять зимовать прямо в лесу под снегом - главное, хорошо просмолить. Или покрасить, но это, как считают мещеряки, для ленивых. У настоящего, крепкого хозяина - только смола.
В зарослях Бужи мы встречали долбленки повсюду от Тасино до Великих озёр. Смотришь на них - особенно на просмоленные по всем правилам, стоящие на распорках из сухих корней и коряг - и ощущаешь непрерывную связь времен. Золотую нить поколений, обычаев и мастерства, протянутую из каменного века в нынешние дни.
#похождения #мещера
