🤎На следующее утро я спускаюсь вниз и нахожу завтрак на стойке. И не просто завтрак. Стопку золотистых, дымящихся панкейков, украшенных свежими ягодами и политых сиропом. Рядом с тарелкой стоит кружка кофе, высокая чашка апельсинового сока и свеча.
🤎— Что это? — восклицаю я.
🤎Уайатт поднимает взгляд от плиты с лопаткой в руке.
🤎— С днём рождения, — хрипло говорит он.
🤎Радость взрывается в груди. Это... Я даже не могу... Щеки заливает румянец, на глаза наворачиваются слезы. О боже. Я не могу плакать. Это только создаст впечатление, что я начинаю воспринимать наши отношения как нечто большее.
🤎А это не так.
🤎Не совсем.
🤎Сколько бы Аннализа ни дразнила меня, я не влюблена в него. Единственная причина, по которой у меня сейчас слёзы на глазах, — это потому, что я тронута. Это милый, заботливый жест, и я тронута. Вот и всё.
🤎Несмотря на мой яростный внутренний монолог, моё сердце предательски трепещет, и я слишком часто моргаю, подходя к стойке.
🤎— Ты не обязан был этого делать, — говорю я ему.
🤎— Конечно, обязан. Сегодня твой двадцать первый день рождения. А теперь садись и ешь.
🤎Я плюхаюсь на табурет и беру вилку, но, прежде чем успеваю разрезать панкейки, замечаю, что они покрыты крошечными темно-коричневыми пятнышками.
🤎Я хмурюсь.
🤎— Что это за точки?
🤎Уайатт смущенно пожимает плечами.
🤎— Эм. Веснушки. Веснушки из шоколадного соуса.
🤎Мне требуется вся выдержка, чтобы не разрыдаться, как младенец, и не залить завтрак слезами. Но, возможно, это самая милая вещь, которую кто-либо делал для меня.
🤎Заметив выражение моего лица, Уайатт ворчит себе под нос:
🤎— Не придавай этому значения, Логан. Это всего лишь праздничный завтрак.
🤩
🤎Эль Кеннеди — Песня о любви (перевод — очень скоро).
