Сегодня моей дорогой, любимой бабушке Вере исполнилось бы 93 года, но ее нет с нами с октября 2024-го...
В честь этого хочу поделиться фотографиями замечательной пленки, которую недавно отсканировала.
Никогда не видела большинство фотографий на ней. И была абсолютно потрясена тем, что бабушка в платье.
Дело в том, что на моей памяти она категорически не носила платья и юбки, потому что — цитирую — так только деревенские бабульки делают.
В общем, на этих чудесных, уникальных уже и исторических фотографиях моя родня с бабушкиной стороны, причем по ее обеим линиям, отца и мамы.
Многих я запомнила — например, бабушкиного дядю Яшу, ветерана, дожившего до 103 лет, а еще ее тетю Катю (в очках и платочке)... то есть, своих родных, прямых пра- я не застала, но вот тех, кому я правнучатая племянница (так ведь правильно?) — весьма. О тете Кате, деревне Мотовилихе, где она жила круглый год, у меня много воспоминаний.
Мы туда с бабулей летом раз в неделю обязательно ходили, несколько часов по лесной дороге, и это было для меня каждый раз волшебное путешествие. Оттуда-то все мои личные "хоббичьи тропы" и родились...
Я не любила ходить по лесу. Мне было жарко и утомительно. А там было километров 8, сейчас-то ерунда, а детскими ножками как будто на край света. Бабушка продумывала дорогу так, чтобы мне было увлекательно.
Мы собирали букеты полевых цветов. Выискивали птичьи перышки, разные, красивые.
Искали непирамидальный папоротник (там это редкость).
Пели песенки. Вместе сочиняли, что будет дальше в сериалах, которые мы смотрели (бразильские, аргентинские и Санта Барбара, там как раз ровно 2 канала ловило. Если никакая гроза не помешает, конечно).
Я много рассказывала уже и в этом канале, и по жизни о бабушке Вере. Но вот, кажется, все больше про личность, роль в моей жизни, достижения... про блокаду, конечно, про Ленинградскую историю. Василеостровскую. Ту, в которой мы, папа, бабуля и я, родились в одном роддоме... где на Смоленском похоронен ее отец, мой прадед Александр Дроздецкий, погибший в 1942-м в блокадном Ленинграде... Про дядю Мишу Нефедова, начальника "Дороги жизни"...
Про саму бабушку, завкафедры техникума общественного питания, автора учебника, по которому до сих пор учатся, и далее, далее...
Но история у нас в той же степени и Псковская.
Бабушкины корни — и корни всего нашего огромного семейного клана, давно, еще в советские времена, разлетевшегося по Петербургу, Москве и Европе, — когда-то давно, в царские, имперские времена, были на Псковщине и в Петербурге, одновременно. Сновали туда-сюда, переплетались. А история ее родителей, моих прабабушки и прадедушки — это почти Шекспир... Брак, против которого были обе стороны родителей, препятствия, которые надо было преодолеть — доказать верность и дождаться, доказать, что достоин, и добиться, завоевать и сердце, и родню... и вытерпеть, вытерпеть вечные нападки за мезальянс, городской с деревенской, фи-фи... И жить, в разные этапы жизни, и там, и там, пережидая турбулентные периоды истории страны (думаю, понятно, какие, первая половина ХХ века) и приживаться, и каждый раз заново...
В общем, все мы ленинградские, и все мы псковские. И неважно, что ни бабуля, ни ее отец, ни дети-внуки там уже не родились. Мы все принадлежим этим краям.
И вот эти фото тем хороши, что они очень показывают нас... на нашем участке в деревне Иванцево, возле нашего летнего дома. Который, стараниями моего дяди Вити, до сих пор еще жив...
В городе была одна жизнь, там — другая. Гораздо более дружная. Гораздо более сказочная — и настоящая одновременно... Там, на Псковской земле, не существовало расстояний, Москва, Петербург, Испания (да), Германия ли или все тот же Невель с Великими Луками — вот они мы, за деревянным столом, среди трав, благоухания, птиц...
И комаров со слепнями, ну куда же без.
С днем рождения, бабушка. Мы тебя помним и любим.
