#книжки взрослое
#книжки взрослое
«Валсарб», Хелена Побяржина.
Что-то совершено удивительное. Кружевное плетение слов, света и темноты, памяти и забвения.
80-е, маленькая девочка живет в белорусском городке, и ее мир создал Пан Бог Дед.
Девочка играет со словами, полощет их, «как белье в лоханке» с к неудовольствию матери (девочка неправильная!); «коридор - род и рок, дорога - агород; сейчас - сею, сею час. Раньше в Валсарбе был только честный сектор, а сейчас люди переехали в большие дома и научились обманывать. Болоньевая ткань и болоньевая собака» - все звенит, шелестит, динь-дон в голове.
Непонимание, нелюбовь в школе, дома (и самое невыносимое - нелюбовь матери), - и одна огромная любовь Пана Бога Деда.
Ее учат польским молитвам, она ходит в костел, и латинские буквы узнает раньше русских; только с цифрами ей никак.
Польские молитвы мешаются с пословицами, поговорками, русскими классиками, словами из передач, разговоров… все это вместе составляет течение жизни, ее ткань сплетается из слов. И - еще из одного дара (или несчастья) девочки: с ней разговаривают мертвые. Потому что именно она их видит и слышит. Городок Валсарб - большое кладбище (как и многие наши города); тут есть кладбище обычное, есть военное, есть еврейское, есть еще неназванные и застроенные. И есть те, чьи имена исчезли, чьи истории стерты - но город выбирает девочку хранить их память, узнавать, слушать, запоминать.
Она бы и рада сбежать от своих мертвых, но не сбежишь - да и куда; больше ее никто не слушает, только дед.
Любимый друг - юноша, погибший в 19; его имени нет на общем памятнике.
Узнать имя? Девочка зависает в букинистическом магазине (денег нет; но вдруг!), девочка слышит и видит то, что другим не выдают. Но ей иногда хочется обычной жизни - а в неё ей никак не вписаться.
…Мальчик Каби из консультации, но его никогда нет, так и написано: Каби нет. Или наоборот - тени бак? Бак - от слова бактериальный…. Врач так и сказал - бактериальная инфекция…
Валсарб наполнен буквами, и они кружат, уводят в игры - но и приводят к истине.
Назови мое имя; просят они. Не забывай меня, расскажи обо мне.
Меня зовут Натан, меня зовут Ривка, меня зовут Казимира, меня зовут… меня зовут.
…почти сразу понятно, что и сам Валсарб - шифр (и разгадка дается легко). История городка; история страны - и история семьи девочки, семьи, в которой она никому не нужна, но так хочется всех любить. И чтобы слышали.
Ей в разных частях истории от четырех до тринадцати лет, история нелинейна, она мерцает, как свет внутри листьев, как шелест имен и смыслов.
Имя юноши найдется (и окажется, что мы все его знаем); Валсарб уходит в прошлое, но и остается тут навсегда, потому что - назван.
Роман, пришедший в Альпину самотеком (редчайший случай!), и сразу же напечатанный.
Роман - как дикий городской цветок; хрупкий и сильный.
