«Думать, как динозавр», Джеймс Патрик Келли (Asimov's Science Fiction, June 1995)
Начала читать сборник рассказов Джима Келли Think Like a Dinosaur: And Other Stories и решила по такому случаю вернуться к традиции #one_story — , чтобы пережить зиму. Постараюсь придерживаться тех же правил: читать по рассказу в день и на каждый рассказ писать отзыв.
Первый рассказ сборника дал название всей книге, и это совершенно не удивительно. Рассказ не только классно называется, он очень яркий и мощный. Убийственный.
Будущее (не такое уж и далёкое, 2069 год), станция на лунной орбите. Главный герой — Майкл, единственный (на момент рассказа) работник-человек. Станция и технологии, которые на ней используются, принадлежат динозаврам; на самом деле эти инопланетяне — никакие не динозавры, но очень уж на динозавров похожи, так что люди не отказывают себе в удовольствии называть их привычным термином.
Итак, инопланетные псевдоящеры, Майкл — сапиентолог, он же проводник, и женщина по имени Камала, которой предстоит воспользоваться услугами станции и с помощью динозаврских технологий мгновенно переместиться на другой край Вселенной. Совершенно обыденная инопланетная технология, уже вполне привычная для человечества в целом, но для конкретного путешественника-новичка в лице Камалы — опыт новый, страшный, тревожный. Сеанс задерживается, что заставляет Камалу нервничать ещё сильнее, и Майкл, чтобы её отвлечь, предлагает обменяться тайнами.
Для начала он рассказывает ей собственную историю — немного социально неприемлемую, немного мрачную, но ничего из ряда вон. Майкл учился в католической школе и однажды, накурившись, поменял местами кресты на свежих могилах четы священников, которые руководили школой и совсем недавно погибли в аварии. Ничего особенного, но кого-то может шокировать.
В ответ Камала тоже кое-что рассказывает. Будучи маленькой девочкой она согласилась проводить время с очень старой дамой — за деньги. Пять или десять долларов за то, чтобы принести покупки или навестить просто так, ненадолго задержаться, поболтать о чём угодно. Ничего особенного, но рассказать взрослым невозможно: родители ни за что не позволили бы принять эти деньги. А потому — тайна.
Наступает время запланированного сеанса, для совершения которого Камале, как каждому из путешественников до неё и после неё, нужно оказаться в состоянии полнейшей, максимальной, неприемлемой для человека депривации — пока система будет сканировать её для отправки в нужную точку.
Роль Майкла в процедуре — не только развлечь и успокоить клиента, но и нажать на последнюю кнопку. В самом конце, когда копия тела путешественника появится в точке прибытия, его оригинал здесь, на лунной орбите, необходимо уничтожить. Максимально милосердным способом, без боли и страданий. Нажимая кнопку, Майкл инициирует эту процедуру. Ничего особенного, сотни и тысячи успешных отправок и возвратов.
Но в этот раз кое-что идёт не по плану.
Прочла рассказ — и до сих пор удивляюсь, как такой короткий текст уместил в себя столько пластов и деталей. Обрамляющая история — очень простая, но невероятно мощная. Она сработала бы и сама по себе, но две вставные истории, тайны, которые рассказывают друг другу Майкл и Камала, как бы готовят к ней, выстраивают фундамент.
Большой достоверный мир вокруг — без имфодампов как класса. Деталь здесь, деталь там. Незнакомое через знакомое, что-то проскальзывает в диалоге, что-то, мельком, — во внутреннем монологе Майкла. Аккуратно, точно, плотно. Мир соткан, и в этом достоверном мире, пойманный в его сеть, бьётся сюжет.
Кое-где виден узнаваемый бэкграунд самого автора, и когда Майкл рассказывает о воспитании в католической вере, сложно не вспомнить, что Джим Келли — выпускник Нотр-Дама, но, в отличие от соркинского Джеда Бартлетта, с католичеством не ужился.
↓↓↓
