Не одни часы, а много
За всем анализом социальных часов стоит молчаливое допущение: у всех женщин расписание примерно одинаковое, всем тикает одинаково и для всех одинаковые санкции. Но это не так.
Больше всего мы (социологи) знаем про то как живет городской образованный средний класс. Анализ представлений и опыта вполне определенной социально-экономической группы (вос)производится в исследованиях в качестве нормы. Так, например, выборка Ньюгартен 1965 года - американский средний класс, преимущественно белый и образованный. Расписание, которое они описывали, стало эталоном «социальных часов» вообще, хотя это было расписание вполне конкретного социального профиля.
В биографических интервью с женщинами среднего возраста, которые мы с коллегами сейчас собираем, хорошо видна эта множественность. Одна из информанток выросла в «простой» семье, ее родители были рабочими. В детстве у нее был абсолютный слух, но в музыкальную школу ее не отдали. Родители не посчитали, что это нужно. Училась она тоже в совершенно обычной «дворовой» школе, которая была выбрана по принципу близости к дому. В 11-м классе учительница отговорила ее поступать на филфак в университет, советуя «выбирать по себе шапку». Поэтому она сначала пошла учиться на ветеринара, чтобы уже потом в 30 лет прийти на журфак: «Здравствуйте, принимаете ли вы престарелых женщин?». Это типичный пример как родители и школа транслируют определенную классовую норму: что и кому доступно, какая профессия лучше подходит и почему.
Другая информантка выросла в шахтерском моногороде, с детства серьезно занималась танцами. В 1990-ые предприятие сбросило с себя всю социальную инфраструктуру, молодежь уехала, работы не стало. «В 1996 году хореография никому не нужна была». В этом случае профессиональное расписание было переписано экономикой города, которую она не контролировала, а не личным выбором женщины. «Сильно-сильно моя ветка судьбы ушла в другую сторону».
Именно интерсекциональность помогает понять, что это не просто «разные женщины с разным опытом». Это разные структуры возможностей, которые производят разные временны́е режимы. Класс, место рождения, тип образования, тип занятости пересекаются с полом и возрастом и на выходе получается не «больше давления», а разные конфигурации расписания. Один набор пересечений закрывает одни окна, другой открывает другие, но не симметрично и не аддитивно.
Даннефер (2003) добавляет временно́е измерение: кто начал с ресурсами, тот на протяжении жизни накапливает преимущества. Кто начал без - накапливает дефициты. Социальные часы здесь не просто расписание, а механизм, который усиливает исходное неравенство с каждым годом. «Опоздание» имеет разную цену для разных женщин.
Когда в посте про биологические часы я писала о «давлении, риске и бремени» , то надо учитывать, что все это устроено принципиально иначе для женщины из Петербурга с двумя высшими образованиями и для женщины из регионального моногорода с СПО. Одних часов нет. Есть система часов, работающая по единой логике стыда за опоздание, но и "опоздание" и само "вовремя" у всех разное.
Вопрос: что со всем этим делать?
#социальные_часы
