Консул и раввин: история «португальского Шиндлера»
В июне 1940 года город Бордо превратился в прибежище для тысяч людей, бегущих от нацистов. Париж пал, волна беженцев захлестнула юг Франции, надеясь на спасение за Пиренеями. В этой толпе находился рав Хаим Крюгер, который вместе с женой и пятью детьми бежал из Брюсселя. Именно его встреча с португальским консулом Аристидешем де Соуза Мендешем стала тем катализатором, который превратил дипломата в одного из величайших спасителей в истории человечества. Соуза Мендеш, принадлежавший к древнему аристократическому роду, был человеком глубокой веры и отцом 14 детей. Когда он увидел толпы измученных людей у местной синагоги, его сердце не выдержало. Он вышел из своего роскошного автомобиля и подошел к стоявшему неподалеку Крюгеру. Короткая беседа переросла в дружбу, а затем — в уникальную историю спасения.
Крюгер рассказал консулу о пути из Бельгии и о том, что Испания не пропускает людей без португальских виз, а Португалия, следуя секретному циркуляру диктатора Салазара №14, запретила выдавать документы евреям. Соуза Мендеш пригласил семью раввина пожить в своем доме. Однако тот ответил отказом. Тысячи его братьев остаются на улице, и раввин не может принять приглашение. Это потрясло Мендеша, и он предложил выдать визы лично Крюгеру и его семье. В ответ консул получил не просто отказ, а однозначное предложение Крюгера: нужно спасти всех. Это предложение вызвало у дипломата настоящий внутренний кризис.
Следующие три дня Мендеш провел в состоянии тяжелого психологического напряжения, почти не вставая с постели. Он молился и размышлял, выбирая между карьерой и совестью. В итоге он объявил: «Я буду выдавать визы всем». Рав Крюгер стал верным помощником консула, помогая организовывать очереди и поддерживать порядок среди беженцев. В течение двенадцати безумных дней июня 1940 года консульство в Бордо работало как отлаженный механизм спасения. Мендеш, его жена Анжелина, двое их старших сыновей и Крюгер выписывали визы тысячами. Когда заканчивались официальные бланки, консул подписывал любые клочки бумаги. В эти дни было выдано около 30 000 виз, из которых не менее 12 000 получили евреи.
Месть режима Салазара была быстрой. 24 июня Мендеша отозвали в Лиссабон, обвинив в нарушении государственной дисциплины. По дороге домой, на вокзалах и приграничных пунктах, он продолжал подписывать документы. В Португалии его подвергли позорному суду, лишили дипломатического ранга и права заниматься юридической практикой. Его имя было вычеркнуто из общественной жизни, а детям запретили получать образование и занимать государственные посты. Семья консула, когда-то богатая и уважаемая, оказалась в полной нищете. Чтобы выжить, они продали мебель и поместье, а сам Аристидеш был вынужден обедать в благотворительной столовой еврейской общины, которая помнила его подвиг. Его дети были вынуждены эмигрировать в США и Канаду, чтобы просто найти работу. «Португальский Шиндлер» умер в 1954, преданный своей страной. Несмотря на это, Мендеш до самой смерти говорил, что ни о чем не жалеет, и хранил верность тому, что когда-то обсуждал с равом Крюгером у стен синагоги в Бордо.
Справедливость начала торжествовать лишь спустя десятилетия. В 1966 году рав Крюгер и другие спасенные организовали в Нью-Йорке встречу для детей Мендеша, чтобы публично признать его героем. В том же году Яд Вашем присвоил консулу звание Праведника народов мира. Оказалось, что многие спасенные даже не знали, какой ценой достались им эти визы. В Португалии историю долго пытались замалчивать, так как церковь и политики считали Салазара «образцовым католиком». Только в 1988 году португальский парламент официально извинился перед семьей, вернув Аристидешу его статус и наградив орденом. Сегодня в Бордо и Лиссабоне стоят памятники человеку, который не побоялся рискнуть всем ради дружбы с раввином и спасения незнакомых ему людей. Это наследие, которое будет жить в веках в среди тысяч потомков спасенных людей.
———
https://t.me/zloydos |
https://t.me/zloydos
