Одиночество съедает мир быстрее, чем мы думали.
The Economist сделал главной темой своего недавнего выпуска проблему, о которой я пишу уже который год. Вердикт влиятельного издания категоричен: человечество столкнулось с “великой рецессией отношений”, и это уже не метафора, а измеримый тренд с конкретными цифрами.
В США среди 25-34-летних доля живущих без партнёра удвоилась за полвека и достигла 50% у мужчин и 41% у женщин. В Финляндии и Швеции треть взрослых живёт в одиночестве. А в Юго-Восточной Азии местами вообще творится что-то апокалиптическое – там молодёжь массово отказывается не только от брака, но и от свиданий.
The Economist выделяет несколько драйверов этого тренда, и некоторые из них довольно неожиданные.
Первый – это парадоксальный эффект женской эмансипации. Женщины стали экономически независимыми и теперь могут позволить себе роскошь не терпеть посредственного или неадекватного партнёра. Раньше выбор стоял между плохим мужем и выживанием. Теперь – между плохим мужем и спокойной жизнью с котиками и Netflix. В моей юности была такая песня: “Лучше уж никак вместо как-нибудь”.
Второй драйвер – цифровизация романтики. Приложения для знакомств усугубляют проблему кучей фильтров, которые превращают поиск партнёра в квест. Женщины выставляют десятки самых немыслимых требований, отсекая большинство потенциальных партнёров ещё до первого контакта. А алгоритмы показывают всем топ-10% профилей, создавая жёсткую конкуренцию за небольшую группу “победителей”.
Третий – поляризация общества. Многие теперь фильтруют партнёров ещё и по убеждениям или партийной принадлежности. В США это уже массовое явление – на первом свидании выясняют не любимый фильм, а отношение к Трампу.
Четвёртый – атрофия социальных навыков. Молодые люди общаются вживую значительно меньше времени, чем 20 лет назад. Они залипают в играх, соцсетях и стримингах. В итоге постепенно утрачивают навык флиртовать, шутить, считывать невербальные сигналы.
И пятый, самый футуристичный – появление альтернативы. Многие молодые люди уже всерьёз рассматривают романы с ИИ-компаньонами. Чатботы терпеливы, добры и не просят вынести мусор. Пока это выглядит как курьёз, но технологии развиваются экспоненциально, и через пару лет цифровые партнёры могут стать реальной конкуренцией живым людям со всеми их недостатками. А со временем, когда человекоподобные роботы станут нашими обычными бытовыми помощниками, возможно, именно с ними нам покажется более рациональным строить романтические отношения. Как вам идея робота-любовника? Я
https://t.me/mspiridonov некоторое время назад.
Последствия всего происходящего выходят далеко за рамки личных драм.
- Одинокие молодые мужчины чаще совершают преступления – это статистически доказанный факт.
- Одинокие женщины заводят детей в разы реже – падает рождаемость.
- Меняется структура общества и структура потребления – от недвижимости до продуктов питания.
The Economist завершает мрачным прогнозом: тренд вряд ли развернётся. Культурные нормы меняются медленно, а технологии только усугубляют проблему. К тому же появляется всё больше людей, которые попросту сдались – 27% одиноких американцев заявили, что им нравится быть в одиночестве, остальные банально устали искать.
Что с этим делать?
На уровне общества – непонятно. Правительства не могут заставить людей влюбляться. На уровне бизнеса картина яснее: сотни миллионов одиноких людей с деньгами и неудовлетворённой потребностью в близости – это огромный недообслуженный рынок. Как уже писал, для предпринимателей тут
https://t.me/mspiridonov.
Возможно, пора признать очевидное: одиночество для многих становится не временным состоянием между отношениями, а новой нормой. И вместо попыток вернуть прошлое стоит создавать продукты и сервисы для этой новой реальности. Где значимая доля человечества будет жить в одиночку, но всё равно нуждаться в тепле, внимании и общении (пусть даже с говорящей железякой).
