Ответ на пост Антона Сюткина об
https://t.me/absolutestudies
У Антона получается такая цепочка:
⚫️философ обращается к социальной действительности,
⚫️выносит политическое суждение,
⚫️ формулирует политическую оценку,
⚫️ высказывает идеологему.
Т. е. философ как член общества, так или иначе вовлеченный в его жизнь, оказывается прямым участником или, как минимум, наблюдателем соотв. процессов, а оценка, которую он дает, должна имплицитно показывать, на чьей стороне он оказывается.
✖️Как по мне, это цепочка как раз исключающая рефлексию, потому что
⚫️ телеологически зависит от высказывания идеологемы,
⚫️ не придает существенного значения именно философскому уровню осмысления.
Проще говоря, с точки зрения Антона, самое главное - это поскорее определиться, с кем философ, а, встав на соотв. платформу, уже от нее высказывать оценки. После того, как в XIX веке были сформулированы основные идеологемы (левые, правые, центристские, анархистские), в сущности, и потребность в философской рефлексии отпадает, потому что на выбор прямо предлагаются различные диспозиции, потому что любая философема может быть деконструирована и разоблачена как имплицитная идеологическая позиция.
Как по мне, это, в сущности, отказ от философии. Т.е., в отношении самой философии, шаг неприемлемый.
А) Не всякое обращение философа к социальной действительности можно назвать философским. Иначе возникнет парадокс дурной универсальности, когда философ, в силу своей философичности, должен есть как философ, спать как философ, чистить зубы как философ, и т.д. Т.о., непосредственное или эмпирическое вовлечение философствующего субъекта в общественные и политические отношения ещё не создаёт ситуации философского осмысления.
Равным образом, не создаёт такой ситуации и высказывание философом той или иной политической оценки, обсуждение тех или иных идеологем, даже признание этих идеологем значимыми и истинными. Всего этого явно недостаточно для того, чтобы над областью политического осуществлялась философская рефлексия.
В) Когда же она начинается? Очевидно, тогда, когда само явление политического начинает рассматриваться исходя из философского инструментария, кого оно, вместе с идеологическими позициями и их притязаниями понимается как объект рефлексии более высокого уровня. Например, когда Платон или Роулз задаются вопросом о том, что такое справедливость (а не чья классовая позиция более справедлива), когда Руссо или Гегель задаются вопросом о ключевых особенностях институтов управления и происхождении их права управлять (а не какая политическая программа более удобна для той или иной политической силы). Иными словами, рефлексия начинается тогда, когда оказывается, что сама политическая (и идеологическая) "топика" требует картографирования и переопределения своей ценности.
С) В конце концов, оказывается, что такой ход вообще освобождает от необходимости соответствовать каким-то идеологическим прескрипциям, "интересам угнетателей" или "чаяниям угнетенных", которые образуют модальности позиционирования внутри самой политической ситуации. Иными словами, философская рефлексия о политике имеет непартийный характер, и не содержит требования соответствовать каким-то "решениям съезда", если сама себе это не предпишет.
![Лепта мысли [Родион Савинов]](/_next/image?url=https%3A%2F%2Fcdn.tgdio.com%2Fchannels%2F2026%2F05%2Frodionsavinov.webp&w=3840&q=75)
![Лепта мысли [Родион Савинов]](/_next/image?url=https%3A%2F%2Fcdn.tgdio.com%2Fchannels%2F2026%2F05%2Frodionsavinov.webp&w=96&q=75){kind=small}
