Когда пьешь вино под взрывами,
Оно совершенно теряет свойства опьянять.
Отрезвляюще действует очередь!
И мелькание света.
И дрожь земли.
Мы уже не будем спокойными и нормальными.
Мы всегда будем внутренне вздрагивать от громких звуков.
И дети наши пусть впитают не ненависть к другим людям, а к этому -
К животному желанию выжить любой ценой.
Спасти документы, достоинство, тело.
То, к чему стремились годами, ради чего учились в университетах, наши цели ничто по сравнению с бомбами, правда же?
И к чему удивляться, что дети не ставят цели - мы должны были дать им другую жизнь, лучшую чем наша, а даем только умение вести двойную игру, два телефона, два гражданства, два дома.
Мы стараемся, но проигрываем, они видят нас растерянными, а значит мы вовсе не взрослые, мы хуже их и нам нечему их научить.
И пусть сегодня я немного на шаг впереди вчерашнего дня, нужно очень быстро бежать, чтобы хотя бы остаться на месте - на том месте, где когда-то можно было строить здоровые планы на счастливое будущее, в которое мы больше не верим - лишь бы не умереть так бесцельно, безрадостно, безсмысленно.
И даже не за идеалы и не за веру, не за благородное и высокое, не за честное и правильное, а как комар или самая мелкая мошка в случайной искре костра.
У нас больше нет времени читать длинные книги и учить сложные танцы, мы - сегодня.
В эту минуту под взрывами с бокалом хорошего красного, с полным отсутствием опыта прятаться в ванной, с трусливой гадостной радостью, что хотя я и здесь, дети мои - в Москве, в тишине и спокойствии/временном, потому что это не конец, а начало, самое начало… уж поверьте.
…А взрывы идут и идут.
Мне не страшно, честно, я поднимаю бокал за красоту и любовь, потому что знаю - в них настоящая сила.
