Почему-то меня очень пугают пустые балконы, они сразу бросаются в глаза. Холодные, выскобленные, серые. Особенно страшно, если рядом — окно с занавесками, а на подоконнике фикус. Значит там живут люди, однако балкон пуст, как скорлупка выеденного яйца.
Однажды я шел по городу, задрав голову, и увидел странную картину. Обычная серая панелька, балкон второго этажа с полочками по бокам. На этих полочках стояла артиллерийская батарея разнокалиберных банок: пол-литровые, литровые, двухлитровые, на всё готовые и молодцеватые.
На балконе третьего этажа в том же месте опять-таки стояли банки, и на балконе четвертого стояли банки, на пятом этаже тоже имелись полочки, однако вместо банок там возлежали оленьи рога, за которыми торчали две лыжи. Три этажа банок сливались в одну сплошную стеклянную стену с бетонными перегородками, увенчанную оленьими рогами.
Такое можно принять за очередную бессмысленную инсталляцию из галереи современного искусства, но инсталляцией "лестница банок" не являлась. Скорее всего, владельцы балконов понятия не имели, что складывали банки аккурат, как их соседи, синхронно. Просто складывали, как складывается, а складывалось одинаково. Люди вообще очень друг на друга похожи — страстями, мыслишками, интонацией с которой произносят фразу "Ну-у-у пипец!" — и балконы их похожи.
Балкон, является неким промежутком между миром уютной дремоты и миром ледяных ветров. Он как предбанник: выходишь из душной парной, некоторое время смотришь на паутину в углу, связки березовых веников, а потом делаешь глубокий вдох, открываешь двери и падаешь в снег, прожигая его, как будто ты картофельный клубень и тебя только что вытащили из раскаленных углей.
Балкон — это пространство застывшего времени, там практически ничего не происходит, минуты текут как кисель.
Это улица полна происшествий: по ту сторону балкона каркают вороны, ходят коты, сигналят машины, на улицу выходят ругать правительство или хвалить правительство или продавать лук-севок на бордюре.
Квартира тоже полна происшествий, там поют застольные песни, смотрят "Голубой огонек", делают уроки и новых людей. "На кухнях режут друг друга ножами москвичи, псковичи и парижане", — пел один сибирский ансамбль. На балконе за редким исключением ничего подобного не бывает. Там тихо, там стоят банки, оленьи рога и лыжи.
Балконы полны ошметков основательно прожитой жизни. Поэтому так страшно, когда они пустые. Туда как прибоем выносит всякую ерунду, которая, якобы может пригодиться, но почти никогда не пригождается. Балкон, как смерть — "не все возьмет, а только своё возьмет".
Предположим, вы только въехали в квартиру и еще не успели загадить балкон, решив, что поставите там плетеное креслице для вечерних раздумий с бокалом винца или кофе.
Однако спустя пару недель на балконе появляется первая пустая коробка из-под плойки, утюга, яйцеварки, красных черевичек, умного рукомойника с "Яндекс-Алисой", потом еще одна коробка, потом приходят банки, за ними — какая-нибудь сломанная кофемолка, места для плетеного креслица не остается, и балкон, как ему и положено, превращается в аппендикс человеческого бытия.
Когда я пошел в школу, то всегда проходил мимо дома, на втором этаже которого был балкон с грустным слоном. Большая плюшевая игрушка печально смотрела на меня из своего застывшего небытия. Когда я закончил школу, то подмигнул грустному слону, открыл зубами бутылку пива "Уральский мастер классическое" и пошел по дорожке на "последний звонок". Минуло еще 20 лет, и если ту квартиру не продали, то слон, скорее всего, по-прежнему печально смотрит на ручейки сонных школьников, бредущих в бетонную коробку МОСШ.
