Однажды наш папенька заказал коту когтеточку. К ней купил кошачью мяту.
Потер этой мятой столбик приехавшей конструкции.
Сказал, что это точно поможет.
А то, до всего этого, кот не признавал когтеточку, а драл только диван.
Толи дело теперь!
Теперь кот дерет и диван, и ее.
Вот видите, помогло.
Остатки мяты я убрала.
Но у нас же есть Сонечка!
Эта маленькая и внимательная девочка все нашла.
В голове возникло потрясающее: раз кот так сильно полюбил когтеточку. Терся об нее, ластился, то и собаку сможет наконец-то полюбить. А то в Сонечка уже устала жить.
И вот вечером, пока никто из нас ничего не подозревал. Кто-то маленький, смышленый и на всякое такое одаренный натирал собаку мятой.
А дальше на запах прибежал Иннокентий. Он не мог понять, что в этой собаке такого изменилось.
Вот так любовь у Иннокентия и случилась.
И вот коты обычно под мятой ведут себя как?
Катаются по полу. Трутся. Орут. Пускают слюни. Источник этой мяты начинают нежно кусать.
Тут было тоже самое.
Санса не даст соврать!
Это до мяты Иннокентий считал, что держать дома собаку негигиенично. И что ее поведение неприлично. Она же радуется, когда человек приходит домой. Лижет руки. Что унизительно. Виляет хвостом. Что непростительно.
В его понимании это человек должен радоваться, что возвращается в дом, где у него есть кот — гений чистой красоты.
Потому что не каждому может в жизни так с котом повезти.
А тут, знаете, все как-то изменилось. Все, что считалось в собаке негигиеничным, забылось. Все неприличное простилось.
Кот вдыхал этот дивный, чудесный, невероятный аромат. И стало ясно — нет пути назад.
А Санса то до этого вообще нормально жила. Все вокруг было понятно и знакомо: миски, чтобы есть. Поводок, чтобы гулять. Хозяин, чтобы почитать. Кот, чтобы его гонять.
А тут на тебе.
Кот шепчет на ушко:
— Ты моя пусть и не лучшая, но половинка. Я твой Инь. Ты мой срань. Ты моя волчья ягодка, протухшая сардинка.
И ведь никуда не убегает. Дал себя понюхать. Ухо пожевать. Хвост тоже.
А то хотелось уже давно.
Так что, не считая того, что Иннокентий скоро от мяты протрезвел и, найдя себя в объятиях бульдога, офигел…
Все у нас теперь хорошо.
