Проблема мессенджера MAX намного серьёзнее, чем опостылевший спор о доступе к данным. Дело не в мифическом вторжении государства в частную жизнь (от Родины, действительно, секретов быть не должно) и даже не в бенефициаре, хотя тут есть о чем поговорить — государство в этой цепочке остается где-то на периферии, «сбоку с припёка», данные проходят через руки сугубо коммерческих структур, которым и дырку от бублика доверять не хочется. Но и этот аспект, при всей его важности, является лишь внешним проявлением куда более глубокого сдвига.
Гораздо важнее то, что пример Макса воплощает в себе проблему историософскую. Россия на протяжении столетий страдает от онтологической пропасти между мировоззрением народа и образом жизни элит. Раскол XVII века, вестернизация Петра I и последующие реформы разделили страну на два лагеря, которые говорили на разных языках и мыслили разными категориями. В Китае, для сравнения, элиты жили тем же культурным кодом, что и народ, даже распадаясь на отдельные царства, Поднебесная неизбежно собиралась вновь — прежде всего потому, что культурный субстрат оставался общим. В России же мы вечно балансируем на грани внутреннего конфликта именно из-за того, что у нас будто бы существует две параллельные реальности.
С началом СВО теплилась надежда: отрезанные от Запада элиты, лишившись привычной системы координат, наконец растворятся в народной стихии. И на какое-то время так и произошло. Местом этой встречи стал Telegram. В либертарианской телеграм-утопии Дурова "корпоративное" будто бы ушло на второй план, и тут оказалось, что патриотический сектор, народная воля легко и естественно вытесняют либеральный дискурс. Народ обнаружил тут свой голос, а власть его будто бы даже услышала. Telegram стал мостом, стягивающим берега.
MAX же, будучи детищем корпоративного менеджмента и класса креативщиков, воплощает нечто совершенно чуждое — дух бюрократической функции, навязываемый к тому же ещё и откуда-то извне, из офисов холдинга VK. Я обеими руками за национальный мессенджер и любые формы суверенизации технологий, здесь у нас не может быть иллюзий. Но в текущем виде «Макс» является знаком того самого трехсотлетнего исторического разрыва — это движение назад, а не вперед. Он не сшивает страну, а напротив, фиксирует пропасть, рискуя разорвать общество на изолированные лагеря, в которых у элит и народа вновь не останется ничего общего.
Да, кстати, к чему я это все? Вот мой канальчик в Макс:
https://max.ru/join/f84PHPMUn93hx_F1EVdyQDCmGSlcj6_5iRDvHF5giXs
