Де-персонализация отношений
Еще в тридцатые годы XX века Рут Бенедикт https://edisciplinas.usp.br/pluginfile.php/7586072/mod_resource/content/1/Benedict,R.AnthropologyandtheAbnormal.pdf, что представление о нормальном поведении не универсально. То, что в одной культурной среде считается девиантным, в другой среде может вполне спокойно вписываться в диапазон приемлемых действий. Спустя сорок лет американский психолог Дэвид Розенхан — разумеется, не первый — https://www.weber.edu/wsuimages/psychology/FacultySites/Horvat/OnBeingSaneInInsanePlaces.PDF этот тезис в контексте вопроса о невменяемости. Его интересует, где локализуются характеристики, приводящие к диагнозу: в самом человеке или в его окружающей среде? Подослав несколько псевдо-пациентов в психобольницы, он обнаружил, что подобные учреждения создают среду, в которой любого рода поведение становится открытым для пере-интерпретации.
Предварительный диагноз — особенно такой заметный и значимый как шизофрения — действует как сильнейший ярлык: с ним начинает связываться то поведение индивида, которое ранее интерпретировалось иначе. Например, сами псевдо-пациенты, оказавшись в психиатрическом отделении, сначала боялись прилюдно записывать свои наблюдения, чтобы не раскрыть свою исследовательскую позицию. Но как выяснилось позже, санитары просто соотнесли такое поведение — регулярное занятие письмом — с патологическим, характерным для некоторых проявлений шизофрении. То же самое происходит и в отношении настоящих пациентов: персонал сразу соотносит вспышки любого психотического поведения с уже имеющимся диагнозом (якобы такое поведение от них и ожидается), а не с другими бытовыми причинами, включая пренебрежительное общение самих сотрудников с их подопечными.
Это пренебрежительное общение отражает де-персонализацию, которая следует за навешиванием ярлыков. Врачи и санитары лишь изредка поддерживают зрительный или вербальный контакт с пациентами (в т.ч. с pseudo ones). Сотрудники редко выходят из кабинетов, а если выходят, то ведут себя при пациентах так, будто последних рядом нет: обсуждают подопечных, поправляют нижнее белье — то есть сами размывают понятие нормальности. Казалось бы, наблюдение и коммуникация — это те процессы, в которых пациенты должны убедить эксперта в том, что они вменяемы. Но эти процессы исключены вероятно потому, что диагноз уже поставлен — ведь уже и так все понятно.
Да, это уже привычное всем свидетельство https://entrepreneurscommunicate.pbworks.com/f/Merton.+Self+Fulfilling+Profecy.pdf. Однако при прочтении меня зацепило не менее банальное стремление к упрощениям, которое становится основным механизмом этого исполнения. В конце лета я некоторыми переживаниями — в частности, о расставании. Сейчас я в отношениях, у меня все чудесно. Однако не все смотрят на это таким же образом — скорое вступление в отношения после разрыва предыдущих вызывает непреодолимое желание клеить разные ярлыки.
Среди своего окружения я несколько раз встречал мнение вроде: «Не слишком ли быстро? Не используешь ли ты одного человека, чтобы закрыть переживания о другом?». Мне показалось, что такой дискурс мог развиться в контексте еще одной банальности этого текста — https://www.routledge.com/Therapy-Culture-Cultivating-Vulnerability-in-an-Uncertain-Age/Furedi/p/book/9780415321594?srsltid=AfmBOopx8YCz5fCKs5DlPAXoPz3LQR716_pFsHQKeBYDQ5L_IkMKUp6C. В его процессе психологическая терминология стала неотъемлемой частью нашей повседневной жизни: мы все эксперты, мы всё психологизируем. Но почему такое соотнесение? Потому что, когда я поговорил об этом с родственником, который взрослел еще до поворота (в советском союзе), она сказала: «Так рано? Ну видимо у вас и не было чувств» (бывшая партнерша сейчас также в отношениях) — здесь нет никакой психологизации, всё просто.
Ярлыки и де-персонализация: в обоих случаях мне поставили диагноз, сводя прошлое и настоящее к рядовой симптоматике и лишая их комплексности, уникальности. Как-то летом
https://t.me/zabroshu спросил, не хочу ли я написать что-то в
https://t.me/breakup666. Я сказал «нет» (как и всем этим диагнозам), но вот как будто написал.
