Друзья, с праздниками вас!
В день, когда столь значимый для христиан (православных, если точнее, т.к. у католиков пасха была раньше) праздник совпадает с днём космонавтики особенно уместно поразмышлять об отношении религии и научного познания.
Предлагаю для этого поразмышлять над отрывком из . Для особенно впечатлительных уточню: не обязательно соглашаться, а именно - поразмышлять.
... остается только выяснить, обладает ли она (христианская вера - М.С.) теми признаками, которые в прошлом отличали ложную веру от истинной. Единственный критерий, который мы можем применить с нашей нынешней точки зрения, – это критерий успеха, выживания наиболее приспособленных. О любом проявлении смелости (piece of daring) в природном мире, приведшем к гибели или вырождению деятеля, можно сказать, что оно было вдохновлено ошибочной верой. Прежде чем первое низшее животное, начавшее использовать свои конечности для добычи пищи, смогло обзавестись максиллопедами, оно должно было преуспеть в борьбе за существование на всех стадиях трансформации. И все, что мы можем спросить о религиозной вере, пока она еще не была окончательно удостоверена, это ведет или нет подчинение ее предписаниям в настоящее время к упадку и вырождению. Основатель христианства, кажется, рассуждал приблизительно в том же духе: «По плодам их узнаете их. Собирают ли с терновника виноград, или с репейника смоквы?» (Мф. 7:16). Прав я или нет в этом своем предположении, люди применяли и будут применять критерий успеха всегда. Ничто из того, что может сказать наука, не заставит людей отказаться от веры в Бога, раз они на собственном опыте убедились в полезности веры для совершенствования мира; в то же время, с другой стороны, атеизм, вне всяких сомнений, восторжествует, если именно в этом практическом смысле докажет свое более-менее явное превосходство. Многие отвергнут такое предположение, сочтя его оскорбительным. На что я замечу, что это даже не предположение, а голый факт – истина, которая лежит на поверхности: сколь много бы люди в теории ни рассматривали предпосылок, на практике, которая всегда оставляет теорию позади, они обращают внимание только на результаты. Но практика, оправдывающая себя результатами, в конечном счете едина с теорией, которую она помогла завершить.
Стоит иметь в виду, что в мире уже давно существуют религии того или иного рода, атеизм же пока не прошел серьезного испытания. Ни в коем случае не нужно препятствовать тем, кто считает его более мудрым учением, проверить его на практике, дабы понять,
чего оно стоит; и нет никаких причин не признать, что среди тех немногих пока атеистов, кто это сделал, были высокоодаренные и достойные люди. Вместе с тем надо принять во внимание, что большинство людей являются атеистами не столько по собственному
желанию, сколько по необходимости, т.е. в силу ошибочного, как я думаю, убеждения в том, что невозможность существования Бога
неопровержимо доказана. Что вовсе не удивительно, если вспомнить, как грубо были поколеблены опоры, на которых издавна покоилась вера в Бога. Я искренне убежден, что разрушительная волна, обрушившаяся сегодня на церковь с ее славной традицией и догматами, оставит нетронутой сущность религии, более того – очистит ее от всего наносного. Тщательное изучение истории, сдается мне, показало бы, что атеизм никогда не был независимым умонастроением, а всегда являлся симптомом приостановленной веры, исчезающим без следа, как только вера возобновляла свою работу. Наши Дюбуа-Реймоны и Тиндали ныне твердят, что за последние триста лет атеизм не утратил влияния на умы европейцев. Но каким бы длительным ни казался нам этот период, в масштабах истории человечества он невелик, а кроме того, давайте на забывать, что в течение тех же трехсот лет происходила религиозная реформация, которая еще не завершена и наполовину.
Подписаться на канал PhiloStalkeR
