#Вайт #Манфрид #Вафли
Далее описана ситуация "а что если бы вайт и уайт встретились", пока что событие не каноническое
Вайт в очередной раз докопался до какой-то мелочи. Стоит, смотрит на него как на пустое место.
— Слушай, Вайт, — прервал тишину Уайт. — Я не слепой и не тупой, вижу твое недовольство. Я бы хотел прояснить один момент.
Он склонил голову набок, глядя на блондина с легкой улыбкой. Хвост его мирно лежал у ног. Вайт дёрнулся, сложил руки на груди; его собственный хвост нервно гулял из стороны в сторону.
— М-м, ну, я с расчётом на твою одарённость это и делаю, — буркнул Вайт. — Что же ты хочешь рассказать?
— Мне не нужен Манфрид. Успокойся и не пытайся закрыть его собою, будто я борюсь за этого военачальника.
Вайт прыснул и нахмурился еще сильнее.
— Ты не борешься. А вот мне приходится. Потому что ты... ты был раньше. — Он тяжело вздохнул и прикрыл лицо рукой.
Уайт сделал шаг вперед, сочувственно похлопал его по плечу.
— Я был на твоём месте. Я понимаю, каково тебе. Но для него я лишь больное напоминание, не волнуйся.
Вайт резко сбросил его руку. Хвост замер и снова хлестнул по воздуху.
— Не смей говорить, что понимаешь! Твоё «раньше» — это история, а моё «сейчас» — попытка не дать ей повториться. Если ты «больное напоминание», то какого хера ты всё ещё здесь маячишь? Ты — планка, которую мне приходится перепрыгивать каждый день. Не надо меня жалеть. Это выглядит жалко.
— Жалко, что ты пытаешься бороться за него, — спокойно ответил Уайт, чуть дёрнув ухом. — Я тоже имею право на жизнь. Моя жизнь не крутится вокруг Манфрида, в отличие от твоей. Я понимаю твою привязанность, но почему ты хочешь большего — увы, мне не понять.
Вайта передернуло от этой мягкой улыбки.
— Да кто ты такой, чтобы судить? Я хочу большего, потому что не хочу быть временной версией. Чьей-то тенью. Тебе легко рассуждать — ты уже получил от него всё. Ты слышал те слова, которые он теперь боится произнести вслух. Я хочу то, что было у вас, но чтобы оно принадлежало мне. А ты делаешь вид, будто это мелочь.
— Я не услышал этих слов, — Уайт продолжал улыбаться. — У нас не было отношений. Когда я говорю, что ситуации похожи, я не обманываю. Но моя — в прошлом. Я отпустил. А ты слишком часто ему веришь. Он не всегда говорит правду, особенно о прошлом.
Вайт растерялся. Голос его дрогнул.
— В смысле... не услышал?
— Я умер задолго до них. Он говорил тебе обратное?
Вайт уставился на него, не в силах подобрать слова.
— С его слов... в один вечер вы признались друг другу, а на следующий день ты умер от проклятья.
— Мы встретились, поболтали, — вздохнул Уайт. — Он хотел сказать, но не решился. Ни я, ни он. Потом его отправили на службу, и я умер, пока он был в отъезде.
Вайт ссутулился, глядя в землю.
— Извини. То есть он опять сделал из себя великомученика? А из меня... утешительный приз? Бред какой-то. Я лучше пойду.
— Постой, — Уайт перестал улыбаться. — Ты не утешительный приз. А он... сам не понимает, что делает. 11 февраля — тогда всё изменилось. С того момента он перестал быть собой.
Он развернулся, прикрываясь крыльями, и медленно пошел прочь. Вайт нагнал его в несколько шагов.
— Что изменилось? Какой он был до?
— Более открытым. Более ярким. Верил в людей и даже в богов... А после того события воспоминания его стали искажаться.
— Ты знал про Контрактуса? — Вайт потер виски. — Ну, сущность такая, высокая, черная, с рогами... Он преследует Манфрида всю жизнь.
Уайт нахмурился.
— В период Империи его не было. По крайней мере, мне он не рассказывал.
Вайт горько усмехнулся.
— Кажется, мы вообще не знаем Манфрида.
— Тебе не кажется. Я его знал, но теперь — не знаю.
Вайт подошел и неловко похлопал собеседника по плечу.
— И что теперь? — спросил Уайт. — Больше не видишь во мне соперника? Не собираешься грызть глотку?
— Я и не собирался, я самоутверждался. Больше не планирую... если не всплывет еще сотня подводных камней. Иногда жалею, что я не Бог и не могу узнать всё за секунду.
