Подвиг у моста
Вот уже 21 год прошёл, как ушёл из жизни наш дед Лаздовский Олег Владимирович (1931- 2005г). Мальчишкой он попал на фронт, став воспитанником Красной армии. В 13 лет получил медаль «За отвагу» и орден «Отечественной войны 2 степени», был дважды ранен, потерял кисть левой руки. Память о нем в нашей семье будет жить вечно.
Много лет назад я спросил его:
- Что больше всего в этой страшной войне тебе врезалось в память?
Много историй он мне рассказывал, но самое главное, как он всю жизнь считал, случилось в августе 1942 года.
Он со своей семьёй жил в Краснодарском крае, в станице Курганининской. Немцы прорвали фронт и рвались на Кавказ. Красная армия отступала, бросая технику, пушки, танки, машины. В панике бежали целые полки и даже дивизии. Немецкая авиация бомбила всё и вся. Горели нефтехранилища и из-за чёрного дыма не было видно неба. Дедушка и ещё двое пацанов побежали на берег Лабы.
Через реку, быструю и стремительную, был построен старинный каменный мост, по нему отступали советские войска. К 8 часам утра дорога и мост опустели. Через час у моста появились немецкие мотоциклисты. Они попытались проехать через Лабу, но вдруг раздались пулемётные очереди.
Через несколько минут для этих немцев было всё закончено. Сверху мальчишки увидели, что в окопах у моста сидели трое солдат, вернее старшина и двое рядовых с винтовками. У старшины был пулемёт. Мы думали, что отбив атаку мотопехоты, они уйдут догонять своих, но они остались.
К мосту подъехали три танка и бронетранспортер.
Сердца наши сжались, мы понимали, что солдатам пришёл конец. Но не тут то было. Два танка и БТР были взорваны гранатами, а танкисты и пехота были перебиты из пулемёта. Немцы снова бежали. Наши стали перекликаться друг с другом Они все были живы. Мы лежали в траве, было страшно, но убежать и не увидеть, что будет дальше мы уже не могли. Немцы на другом берегу поставили пушки и долго стреляли по нашему берегу. Затем наступила тишина и они снова побежали к мосту, наверное, думали, что в живых уже никого нет.
Запустив их на мост, наши открыли прицельный огонь. Оборонялись они уже часов 6. Вся коричневая дорога, с выжженной по обочинам травой, была завалена немцами, горели танки с белыми крестами. Фашисты, не в силах взять мост, пытались переплыть реку выше или ниже него. Но непокорная Лаба разметала и смыла врага, помогая нашим солдатам. Было еще две атаки. И снова падали немцы в грязно-зелёной форме, их было очень много, а русские стояли и стреляли, как будто они были заговорённые.
Приползли наши матери и утащили нас с пригорка домой. Минут через 15 немецкие самолёты со страшным воем стали бомбить правый берег, и то место, где окопались солдаты – там, где мы недавно прятались.
Утром через станицу пошли фашисты. Танки, машины с пушками. А к 10 часам утра немцы согнали всё население на площадь. Через толпу я увидел в центре наших израненных солдат. Их связали телефонными проводами, спина к спине. Их лица были такие спокойные и добрые, как мне казалось. Всем вокруг было страшно, а им нет. Немцы облили их бензином и подожгли. Они горели, но, ни крика, ни стона никто не проронил. Так они и сгорели, стоя спина к спине, плечом к плечу.
Через два дня жители их похоронили. А мы, в день расправы над нашими героями, побежали на берег. Там немцы хоронили своих убитых, за этот страшный день солдат. Мы потом сосчитали могилы, их было 200 штук.
- Всю жизнь я пытался узнать фамилии этих героев, кто они и откуда. Писал в Подольск, в архив Красной армии, но ничего там они не нашли, и про подвиг этот им ничего не было известно. Почему они остались перед этим мостом? Может они прикрывали отступавших, может просто в беспорядке про них забыли, а может им просто стало стыдно отступать. Так и стоят они перед моими глазами, усатый старшина и два молоденьких солдата.
– Прошу тебя внучёк, я 60 лет помню это и вы не забудьте.
– Будь спокоен дедушка, мы храним твои награды, память о тебе и этом подвиге.
Романов Пётр (мой брат), г.Екатеринбург 2016г
