– «“Я наигралась.”
Я всё ещё помню как состроила ту мерзкую рожу и засмеялась. Это был, наверное, самый отвратительный смех в моей жизни. Надо же было сказануть такую гадость... А он поверил, конечно поверил. Рэй всегда верил мне даже тогда, когда не стоило.
Иногда я всё-таки представляю, какой могла бы быть наша семья, если бы мир был чуть менее уродливым местом, чем он есть на самом деле. Мы бы, наверное, были ужасными родителями. Я бы также учила детей стрелять раньше, чем читать, а Рэй бы пытался делать вид, что у него всё под контролем, хотя сам паниковал бы каждый раз, когда Блэйз залезал куда не надо, а Фули разбирала технику быстрее, чем мы успевали понять что это вообще была за техника.
Мне почему-то всегда смешно, когда я представляю нас всех вместе. Потому что мы бы наверняка хреново справлялись с воспитанием. Очень неловко и шумно, но чертовски весело. Мне правда хотелось бы растить Блэйза и Фули вместе с ним, но некоторые люди в историях получают право быть счастливыми, а некоторые - лишь на половину.
Я слишком хорошо помню каким Рэй был тогда. Он держался буквально на нитках, жил местью, бессонницей и чувством вины, а потом вдруг начал снова смеяться.
Я не могла разрушить это повесткой, Атриумом, детьми и всей той чертовщиной, которая должна была на нас свалиться. Если бы я сказала правду, он бы полез за мной, а я слишком хорошо знаю Рэя, он умеет ломать себя ради людей, которых любит.
Поэтому я выбрала стать злодейкой в этой истории, и я ни о чём не жалею.»
