О ЧЁМ ПИСАТЬ?
«О чём угодно» — это правильный ответ. Вам, должно быть, так уже отвечали. Скорее всего, отвечающий отвечал многозначительно. Он хотел подкрепить авторитет и ограничился этой фразой. Так он дал понять, что ваш вопрос — глупый, а ответ на него — очевидный. Это дешёвый приём любых ремесленников: от сантехников до художников. Я тоже хочу подкрепить авторитет, но воспользуюсь дорогим приёмом — я объясню, что в действительности значит этот ответ. Дело в том, что нужно проделать работу, чтобы ответ «О чём угодно» стал для вас правильным.
МАТЕРИАЛ
Они спорят, надо ли отделять личность автора от произведения. Они затевают этот спор, потому что слишком любят фильмы Вуди Аллена. Им не нравится, что автор вступил в половые отношения с приёмной дочерью, но им нравится фильм «Манхэттен» — они хотят смотреть его с чистой совестью. Поэтому они утверждают: «Надо отделять автора от произведений».
Любой герой Вуди Аллена — невротичный интеллектуал, падкий к страстям. Как интеллектуал, он готов оспаривать общепринятую мораль. Как невротик, он не готов нарушать закон. Как падкий к страстям, он страстно желает запретного. Если всё это объединить, мы получим личность, которая вполне в состоянии засунуть язык в рот своей падчерице, но желательно после того, как ей исполнится восемнадцать. Ни один персонаж Вуди Аллена этого не сделал, но любой из них мог бы.
Вам нравятся львы в фильмах про львов — вы их ненавидите в фильмах про зебр. Автор — это бог произведения о себе, и он показывает вам столько, сколько посчитает нужным. Автор больше своего произведения. Среди филологов в ходу противоположная мысль. Многие из них считают, что хорошее произведение больше своего автора. В этом тоже есть правда, но об этом — в другой раз. Сейчас — о том, с чего всё начинается.
Всё начинается с материала. Вы слышали это слово, даже если не пишете. Его используют все, кто рассказывает истории: от писателей до комиков. Они говорят, что собирают материал, или уже собрали материал, или работают над материалом. Они по-разному говорят, но никто из них не объясняет, что такое материал — слово и так звучит понятно. Понятно, что материал — это события. Но материал — это не события.
Мой друг вернулся из Таиланда с событием. «Размик, только между нами, но я случайно надавал в рот трансу» — так он рассказал о своём событии. Происшествие вполне драматичное, в слове «случайно» есть даже трагедия. Из раза в раз он напивается и расширяет круг людей, между которыми хранится история. Он подходит к случайному человеку за баром и говорит: «Только между нами, но я в Таиланд летал и там…» И там всё то же самое — он надавал всё в тот же рот.
Когда ты надавал в рот трансу, у тебя есть полное право считать, что в жизни случилось что-то примечательное. Если таких событий наберётся достаточно, однажды ты скажешь: «У меня столько материала — надо бы книгу написать!» Нет, не надо. События происходят со всеми. События бывают разными: от прогулки до войны. Но события — это ещё не материал. Сколько дублинцев гуляло по Дублину? Сколько из них написали Улисса? Миллионы видели войну — только один разглядел там нору, а в норе разглядел существо и назвал его хоббитом. Материал — это личность в событиях.
Если б тому тайскому трансу надавала в рот подходящая личность, скорее всего, транс был бы увековечен. Называя личность подходящей, я имею в виду подходящую для писательства личность. Личность писателя может быть какой угодно, но есть необходимые черты, существующие среди прочих. Какие-то из них обретаются, какие-то — чаще врождённые. Так или иначе, их три: размер, сложность и возбуждение — в следующих постах я расскажу про каждую подробнее.
Продолжение следует
#ПП
