Дорн устремил взор на Льва, в привычной для себе манере обхватив кулак ладонью другой руки.
— Идти вперёд — таков наш приказ. Добиться победы там, где другие потерпели поражение. Ты ступаешь по их следам и называешь это успехом. Взгляни на карту, мой калибанский брат, и скажи, кто из нас на самом деле отважился шагнуть во тьму Окклюды Ноктис?
— Отважился? — прорычал Лев, сжав кулак. — Намекаешь, что я выбираю более лёгкий путь?
— Стены замка не пробить одной лишь разведкой. Или ты оправдаешь своё нежелание иной причиной?
— Достаточно, Рогал! — рявкнул Хорус, хлопнув ладонью по столу.
— Нет, не достаточно, — процедил Лев. — Напротив, уже перебор! Получается, я не просто трус, а ещё и лентяй. Но ты не произносишь истинное обвинение, Рогал. То, что в своей небрежности я не подчиняюсь приказу Императора.
— Уверен, это не... — начал Фулгрим.
— Мой брат всё видит правильно, — произнёс Дорн. Пристально посмотрев на родичей-примархов, он задержал взор на Льве. — Каждый из вас истолковал слова Императора в угоду собственную удобству, вместо того, чтобы взять эти слова за основу и разработать соответствующую стратегию.
На лице Гидореаса не отразилось ни единой эмоции, однако капитаны других легионов не обладали его сдержанностью, и некоторые из них уставились на Дорна, изумлённые размахом брошенного им обвинения.
— Вот дерьмо, — пробормотал Фулгрим.
— Какое высокомерие... — Лев отошёл от стола, но тут же метнулся обратно. — Я этого так не оставлю! Есть лишь один способ определить, кто из нас прав...
Гев Торп: "Рогал Дорн: Крестоносец Императора"
