#нетекст
я еду на доске злая. и глаза у меня злые, и брови нахмуренны, и даже волосы злые. такая злая в злой кепке я захожу в магазин «все свободны» и зло рассматриваю там книжки.
1. сначала я вижу взрослую книжку ислама ханипаева, подростковая книжка которого «типа я» стала одной из моих любимых и думаю, так ли понравятся мне его взрослые книжки?
2. потом я смотрю на полку «поэзия»
3. вижу своих любимых и нелюбимых авторов, вижу сборник команды «фирма» и вспоминаю про слэм (содрогаясь), вижу бродского и современников
4. вдруг! я вижу книжку антона очирова
Про Антона Очирова я знаю только «вот приходит Антон Очиров, вот приходит Кирилл Медведев/ а вот человек, пригревшийся на раскаленном камне, несколько нет несший возле меня свою добровольную гауптвахту, с переломанной в детстве спиной, сам похожий на солнечную саламандру» (из стихотворения Воденникова)
Я открываю сборник и вижу там очень свободную, красивую протестную хулиганистую поэзию.
Сразу я вспоминаю слова ____ о том, что воденников теперь пишет пропагандистские колонки. Я думаю о том, были ли Дима и Антон друзьями и друзья ли они сейчас. Покупаю книгу. Думаю о том, как реальность нас расслоила на разные микросхемы и пиксели, на разное фрагментированное присутствия в жизнях друг друга и своей собственной. Думаю о том, что я не перестала любить эти стихи Димы Воденникова и о том, что _____ когда-то брала у него интервью и он ей очень не понравился. Думаю о том, что у нас всех теперь другие имена, другие страны и лица, но наши ночные довоенные посиделки на Марсовом навсегда останутся с нами именно в этом качестве и с тем же количеством воздуха, что и раньше. Никогда не думала, что быть взрослой — это вечно о чем-то и по кому-то скучать. В первую очередь по себе самой, конечно. Ну как бы там и встретиться. В первую очередь с собой, конечно.
