«Чисто платонически»
Нежданно-негаданно Кэтчерри вдруг решает написать, без шуток, то, чего я точно не ожидала — фанфик про работу в кинематографе. И не про режиссёров, не про актёров — а про сценариста и продюсера. Что-то такое уникальное и совсем непохожее на то, что было до этого. И это произвело фурор. Как говорится, «я ждал этого двенадцать лет в Азкабане».
Перед читателем появляется офис — поначалу скучный, депрессивный и бесперспективный, с «мутным пластиком двери» и «бледным от ужаса листиком А4», интересно, что всё это к концу становится «любимой дверью» и смятым в комочек листом. Фанфик очень атмосферный — как будто первые солнечные лучи в пасмурный день или банный ветер в метро, на выходе превращающийся в свежее солнечное утро.
Очевидно и умилительное внимание к деталям — тут вам и колени, и огромные глаза, в которые невозможно не влюбиться и перед которыми меркло всё остальное, и оверсайз костюм, и, прости господи, помидорки, которые Каркат грустно ест в одиночестве, а потом ворует у Джона из тарелки. Всё это составляет душевную картину зарождающегося где-то в душе невыносимо большого чувства влюблённости, которое разрывает грудь на части (не только у мистера Эгберта, но и у заинтересованного читателя).
Само по себе действие можно было бы охарактеризовать как «50 оттенков увольнения». Непередаваемое ощущение, которое проходит читатель вместе с Джоном — от «да, работа хреновастая, надо увольняться» до «ГОСПОДИ, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ УВОЛЬНЯЙСЯ, Я ТЕБЯ ПРОШУ». С каждым его походом к Каркату мы всё глубже и глубже влюбляемся в этого очень серьёзного начальника, который слушает Сабрину Карпентер и пишет рецензии на тайские лакорны. Эта его особенность невероятно очаровывает. Он живой, и я в этом убеждена. Я даже знаю такого человека ;)
Шутки в сторону — картина действительно представляется очень живо и красочно. Персонажи, даже второстепенные, такие родные, совсем не пустые восковые куклы. Текст дышит, он очень наполненный. В каждой фразе чувствуется любовь и ирония. Джейн появляется всего на минутку, но какой интересной она показана! Сразу хочется узнать побольше про её реакцию на встречашки друзей. А какая здесь Рокси-помощница-ведьма-провидица! Действительно любимица. Интересы собравшейся команды игроков распределены действительно очень канонично: и фанат арт-хауса Дирк, который по некоторым, вполне понятным причинам, знает про Индиану Джонса и Аватара, и анимешница Каллиопа, и Поррим с фильмами о женщинах, и Джаспер с психологией и животными. Ну, и конечно же, Джон и Каркат с их кинематографическими образованиями не могут не знать классики и ромкомов. С такой командой нельзя не выиграть квиз (как уже подметил Вака, довольно миллениальская тема)! А игры выбраны очень знакомые каждому, что ещё больше умиляет и восхищает в мастерстве Кэтчерри — она умеет пробивать на ностальгию. Игра с ковриком и все её последствия заставили меня пищать.
Чудесно прописана предыстория. Она мастерски вплетена в основной текст — и причины прихода Карката в «Скайю», и отец Джона, и рецидив депрессии, и отчаянное желание стать режиссёром. Это очень дополняет общее действие, и всё непонятное вдруг становится ясным, и отвечает на все вопросы. Особо радует и музыкальная составляющая, под «Любовь в один конец на репите» всё играет какими-то новыми красками. А дерзость Эгберта под Сабрину Карпентер, «...- В календарь?» - отдельный вид наслаждения, ровно как и первый неловкий поцелуй под MCR.
Кэтчерри очень тонко чувствует отсылки. Читаешь какую-нибудь частичку, сразу думается «о, похоже на вот этот фильм», и тут же авторка выдаёт его название, фразочку оттуда или имена персонажей, сразу думается: «Да! Да! Я так и знала!». Отсылки, кстати, очень понятные и не нишевые, как этого можно было ожидать от компании кинематографистов. Отдельная благодарность за отсылку на «Кабаре» - мою широкую улыбку надо было видеть. И отдельная благодарность, что это не «If you could see her with my eyes» и не песня про ананас — я бы такого не вынесла, честно говоря.
Что касается личных предпочтений, наверное, моей самой любимой сценой в этом всём стал
