Самый важный навык (ты этого никогда не сможешь)
Или за что мы любим оргазмы.
https://sun9-80.userapi.com/s/v1/ig2/SpF5x5UNs8lwxw1q_kt9Ngz79GSTNGawJUTfiQptNBVYm3Ejg60Ry6OA8WqD22F6fkVgDFJ8ry3tZUzcxYTPe_Qx.jpg?quality=95&as=32x24,48x36,72x54,108x81,160x120,240x180,360x270,480x360,540x405,640x480,720x540,1080x810,1280x960,1440x1080,2560x1920&from=bu&cs=2560x0Меня кладут на диванчик. Велят теребонькать губами. Ну выдувать воздух так, чтобы губы вибрировали в его потоке. Будто лошадку останавливаешь.
Потом я встаю. Медленно выдыхаю. И по мере выдыхания моё тело самопроизвольно сгибается, опадает под собственной тяжестью, будто теряет воздушный стержень. Потом я вдыхаю – и подобно надувному чудику возле заправки – снова вздымаюсь.
Так проходили мои первые занятия вокалом. Преподаватель намётанным ухом тут же установила, что моя челюсть и гортань – зажаты. Иногда это напряжение прорастает и в шею.
– Что, опять в зале был? Шраги свои делал? – спрашивает она.
– Делал, – признаюсь я.
– Оно и слышно.
Напрячься, рвануть вес, поднажать – это проще простого. Но все эти мои силовые рекорды и гроша ломаного не стоят по сравнению с действительно трудной, невыполнимой задачей:
РАССЛАБИТЬСЯ
Теперь стало лучше. Расслабленный голос звучит глубже, открытее, богаче. Но когда я пишу звук для видео, я всё равно порой замечаю, что проснулся со скованной гортанью. Или что-то меня напрягло, и это напряжение передалось и голосу. И чтобы расплавить его, снова сделать подвижным, непринужденно черпающим глубокие обертона – я медленно выдыхаю, лениво зеваю (вот так: ээээаааааааах, ой хорошо, прямо прослезился), кручу шеей туда-сюда, изображаю мычание овулирующей коровы 🐮
И вслед за голосом, я сам становлюсь мягче, гибче, раскованнее. А ещё расслабленные люди меньше ссорятся и лучше получаются на фото.
Меня поражает, что для этого напряжения ничего не нужно делать. Оно со мной по умолчанию. Поддерживает само себя, без моего сознательного ведома.
🧘♀️Так же и в медитации.
В какой-то момент ты замечаешь его, ставшее за долгие годы хроническим и прозрачным. Оно обнаруживается и в щёлкающих очередях мыслей, и в том, как ум судурожно подрывается гасить их, и в сбивчивом дыхании, и в лицевой маске, и даже в пальцах.
И как бы ни пытался расслабиться – ты только сильнее напрягаешься. Ведь ты всю жизнь решал все проблемы только через усиление напряжения. Ты по-другому не умеешь. Если не помогает – значит ты просто недостаточно напрягся. И теперь, будто закоротивший робот, ты уперся в лимиты своей программы. От тебя требуется небывалое: разжать кулак, который ты сжимал всю жизнь.
А потом я понял. Я НИКОГДА НЕ СМОГУ РАССЛАБИТЬСЯ. Потому что Я И ЕСТЬ НАПРЯЖЕНИЕ. Беспрестанное спазмированное цепляние за мысли, эмоции, состояния и присваивание их себе.
И расслабиться – значит отпустить эту иллюзию владельца и контролёра, иллюзию обособленности от мира, свою Денисовость и ЧД-шность. Рассыпаться, провалиться в никуда. И это так страшно, щекотно и безумно.
"Я" – это сгусток напряжения. Вы его даже можете ощутить где-то между бровей. И вот когда ты отпускаешь все мысли и ощущения, отпускаешь себя, отпускаешь даже того кто отпускает, тогда...
Ну вот что тут сказать? Что тогда происходит? Со мной там уже ничего не происходит. Там просто хорошо, спокойно, легко. Впервые этот долбанный мир не мчится разрывать тебя на части, потому что никакого тебя уже нет. Это абсолютная неприкосновенность.
И возникает осознание, что НЕ конструировать себя гораздо проще и приятнее, чем конструировать, потому что цемент этой конструкции, который ежесекундно удерживает её блоки от того, чтобы они не разлетелись в космическую пустоту – напряжение и страх.
🍓Именно за это, на самом деле мы и любим оргазмы. Когда после доведенного до предельного накала напряжения, ты триумфально всем существом расслабляешься и на короткое ослепительное мгновение контрабандой вываливаешься за границы повседневной реальности. Перестаёшь быть.
Разваливаешься на миллион мерцающих осколочков – но почти тут же на автоматизме, как Т-1000, склеиваешься обратно. И все твои программы, проблемы и тревоги уже сползаются из углов, чтобы снова стать тобою.
Каково это разжать кулак, который ты сжимал всю жизнь? Это ещё можно представить.
Но каково это, если ты и есть кулак?
