ПОЛИКАРЯ
Нельзя давать водопадам сложные имена. Путь до них обычно неблизкий, и по дороге можно забыть, куда идёшь. А когда дорога трудная, очень важно знать, для чего ты себя на ней мучаешь.
На днях мы ходили на такой. Со сложным именем. Я его забывала пока ехали, потом пока шли. Когда села писать пост, тоже забыла.
Подсмотрела — Поликаря.
Учёные не договорились, откуда название: то ли фамилия гидролога, то ли от перевода «богатырь». На подъеме это интересовало меня меньше всего. К тому же, я не помнила, куда иду. Помнила только слова друзей, которые предлагали разделиться и идти без детей. Я громче всех кричала, что идти нужно вместе. Поэтому ныть не имела морального права.
Был вариант доехать на подъемнике, откуда до «богатыря» 600 м. Решение идти пешком 9,5 км (3 часа 20 мин) принимали остальные, поэтому и они ныть не имели морального права. Никто не ныл. Первые десять минут. У нас в комплекте были две девочки: почти 6 и почти 7 лет — Полина и Злата. Они никаких решений не принимали и внезапных трудностей не понимали.
Первой начала Полина. В лосинах жарко, шорты переодевать при всех — неприлично. Отстав от группы, таки осуществили замену, но новым поводом к нытью стало «мы их не догоним!» Догнали. Дальше по списку шла грязь на дороге. Точнее дорога из грязи. На удивление, дочь не жалела кроссовок. Но небольшая коричневая капля на голени стала последней каплей её терпения. Однако, и это была разминка. Крапива «выскочила перед нами, как из-под земли выскакивает убийца в переулке… Так поражает молния! Так поражает финский нож!» Полина потеряла способность идти. Она висела тряпкой на родительских спинах, прерывая стоны редкими «это же кровь»!
— Полина, это не кровь!
— Да нет, это кроооооовь!!!
Вскоре стало понятно, что главная трудность — многокилометровый вертикальный подъем, и пути назад нет. Тут и я бы подключилась к стенаниям, но нужно было уступить место Злате. Через каждый километр стояла скамейка. Мы прозвали её «скамья плача». Девочкам разрешалось дойти до неё и пострадать сидя. Но лучшей мотивацией двигаться вперед стали раскаты грома и холодные капли с небес. Признаки малолетства и усталости внезапно смыло. Да и Злата с родителями отстали — выступать стало не перед кем. Полил дождь. Полина сорвала лопух, и путь к Поликаря внезапно стал веселым.
Водопад встретил сумерками. И знаете, в отзывах не врут: это того стоило. Горящие ляжки, головокружение, маленькая ручка, которую тянул всю дорогу — всё было не зря. Наевшись сказочным видом и венскими вафлями, поспешили назад. Сумерки стремительно сгущали воздух, а нам стоило успеть на канатную дорогу: путь обратно мокрые кроссовки не выдержали бы. Раздвигая туман, шли по вечернему лесу. Вдруг тишину разорвал механический голос, хладнокровно вещающий, что через пять минут канатная дорога закрывается. В тумане, не видя собственных ног, мы понеслись на звук, крича и подавая сигнал фонариком.
Успели.
Мокрые сиденья открытых кабинок приняли наши уставшие и замёрзшие тела. Мы слезли — канатка закрылась.
Ещё километр пешком к машине — по дороге из грязи под ливнем — и Поликаря остался лишь приятным воспоминанием. Это было трудно, но весело. А я, кажется, запомнила странное название.
