http://telegraph.controller.bot/files/480599401/AgACAgIAAxkBAAIM8GkJ51wn521mxWSB095LEQ54xM21AAITDmsb1JFRSPNR9eKi0TshAQADAgADeQADNgQ«Император Радости» (Emperor of Gladness) Оушена Вуонга – это история молодого парня по имени Хаи. В порыве юношеского отчаяния он однажды пытается спрыгнуть с моста, но ему мешает пенсионерка, живущая в доме с видом на этот самый мост. Старушка жалуется, что ее достали прыгуны и просит не портить ей и без того отвратительный день. Но Хаю некуда идти, и тогда она предлагает ему крышу над головой. Так начинается их дружба.
Несколько лет назад в интервью Максиму Мамлыге Оушен Вуонг признался, что ему не нравится западный нарративный канон, а именно – убежденность многих авторов в том, что история должна строиться на конфликте или столкновении. Свои книги Вуонг предпочитает строить, я цитирую, «по японской нарративной модели «кишотенкетсу», которая предполагает, что для развития истории конфликт не нужен».
Хичкоку часто приписывают фразу «Кино – это жизнь, из которой вывели все пятна скуки». И если это так, то Оушен Вуонг целенаправленно работает против этой формулы, он строит текст, буквально из «пятен скуки» состоящий. Тут я оговорюсь: это вовсе не значит, что он скучный, нет, это значит, что он сопротивляется любым попыткам навязать ему, тексту, сюжет или структуру, он будто собран из повседневности и поэзии, из сцен, которые любой другой условно-западный романист вырезал бы из книги ради темпа или «докрутил» бы, добавил драмы и напряжения. Вуонг то и дело «дразнит» читателя загадками: в одной из глав герои собираются в путешествие на машине, чтобы найти место смерти отца одного из них – звучит как обещание драматичного сюжета! Но нет – в тексте Вуонга роуд-трип выглядит как неловкая, обреченная на провал возня, которая заканчивается быстрее, чем ты успеешь зевнуть. В другом месте книги в повествование ненадолго заглядывает детектив, который расследует таинственное убийство десятилетней давности, и вот тебе уже кажется, что сейчас сюжет про маньяка «выстрелит», сыграет – но нет, тру-крайм тонет в повседневности – как и все остальное в этом медленном, грустном романе.
В этом смысле «Император Радости» – идеальный пример кишотенкецу. События внутри каждой главы здесь полны обычной, повседневной жизни, нам раскрывают каждого из героев, подсвечивают их с разных сторон, дают им слово и – и все. Потому что – за исключением попытки Хая спрыгнуть с моста – никаких «поворотных событий» в книге нет, а ее герои – это буквально поэт, пенсионерка и сотрудники придорожной забегаловки. Даже название романа – ловушка: звучит пафосно, а на деле – в него зашита горькая ирония, ведь East Gladness –это название крохотного и абсолютно ничем не примечательного городка где-то в кишках Америки.
Главный герой исполняет обязанности соцработника, ухаживает за старушкой, работает в придорожном фастфуд-заведении и борется(безуспешно) с зависимостью, а еще иногда по телефону врет матери – она думает, что он учится на врача в Бостоне, и, занимаясь поджаркой кукурузного хлеба, Хаи в трубку рассказывает маме о том, как вскрывает воображаемые трупы на воображаемых занятиях. И да, даже этот сюжет с ложью маме не имеет в романе ни кульминации, ни развязки – он просто есть.
Вообще, надо сказать, это очень свежо – прочесть для разнообразия книгу, которая не пытается с тобой заигрывать, и если отправляет героев в путешествие – то завершается все обычно как в жизни – ничем: героям кажется, что сейчас произойдет что-то важное, но – ничего не происходит, а жизнь просто тикает дальше.
Но Оушен Вуонг – талант такого масштаба, что даже книгой о повседневной скуке жизни умудряется вдребезги разбить читателю сердце. Мы часто читаем в рецензиях на романы подобного рода: «этот персонаж в книге ни для чего не нужен, эта сцена не развивает историю, этот сюжет не завершен, а финал скомкан». И в случае с романом Вуонга все эти претензии легко парировать: ну да, так и задумано.
Об этом прямо говорит Грацина, одна из героинь романа: «Просто жить свою жизнь и быть достойным человеком – это самое сложное. Быть никем и твердо стоять на ногах – достаточно».
