http://telegraph.controller.bot/files/841346389/AgACAgIAAxkBAAJTJGm4K93Yc9e4JwEud9f_ZQeI5d9DAAJXEmsbQ0vJSRYXc6cOpuFWAQADAgADdwADOgQУ меня есть некоторые соображения (не слишком приятные) из рубрики «феминистки не выспались и опять недовольны».
Джесси Бакли — потрясающей глубины и сумасшедшего диапазона артистка: ей за каждую первую роль можно давать оскаров, львов, медведей, все что угодно из золота, платины и древесины, если потребуется. Но Агнес из ‘Хамнета’ пусть и субъектно очерченная героиня, но практически архетип девы Марии, канон, который вписывается в идеализированное представление о матери. Она каждую клеточку своего тела и ноту души отдает скорби по сыну и принимает мужчину-гения таким каким он есть: гениальным, отсутствующим, эмоционально закрытым.
Героиня Роуз Бирн (‘Я бы тебя пнула, если бы могла’) — мама социально неодобряемая, откровенно говоря порицаемая: вместо того, чтобы каждой слезинкой разделять страдание больной дочери Линда глотает вино, собачится с мужем по телефону и имеет наглость раздражаться от постоянной потребности ребенка во внимании. Более того Мэри Бронштейн имеет смелость снимать не драму на разрыв аорты, а черную комедию, помноженную на триллер, что совсем неприлично и ни в какие рамки не лезет. И роль такого калибра в таком жанровом прочтении — настоящий вызов.
Дженнифер Лоуренс и Аманда Сайфред с Грейс в огне и шейкерскими песнями сыграли миссис ну настолько болезненно неудобных, что им места даже в пятерке не нашлось (алло, позовите Кейт Хадсон к телефону). В то же время Тимоти Шаламе с неудобным героем, а если точнее — харизматичным патологическим мудаком, был одним из фаворитов скачек за статуэтками. И то, что Марти Суприм подвергал опасности беременную девушку — это как бы жанровый прикол: 0% осуждения.
Так я вот о чем: обидно конечно, что женщинам до сих пор не очень можно быть мудаками*, хотя поводы как будто бы имеются.
*в вариации злодеек тети Глэдис конечно можно
