#в_одной_семье мама, папа, дочь-подросток и сын-четвероклассник были одного роста — 162. Их ноги тоже выросли до одного размера и остановились. Только цифры были другие: 37, 37, 37 и 37. Поэтому вся обувь в семье была общей: общие кроссовки, общие туфли и общие берцы. А мама была очень практичной. Если всем подходят одни и те же вещи, к чему держать много пар обуви? Полочка под вешалкой и так разрослась. Она напоминала длинную грядку ботинок, где надо было хорошенько покопаться в чёрных корнеплодах, чтобы вытащить два одинаковых. И мама решила: необязательно иметь четыре пары кроссовок — можно три. Ведь не все сразу выходят из дома. На крайний случай, если совсем не хватает обуви, в серванте стоит сувенирная хрустальная туфелька.
Родители работали по гибкому графику. Сын и дочь шли в школу, мама или папа — на работу, а папа или мама оставались дома. Кто-то приходил из школы — кто-то отправлялся в магазин. Кто-то возвращался с кружка — кого-то ждала парикмахерская.
Когда папа стал фрилансером, а мама села на удалёнку, то они оставили всех видов обуви по две пары. Система работала безотказно, пока сын не пошёл на день рождения к однокласснику. Это был домашний день рождения. В гостях сын оставил чёрные ботинки в прихожей. Там была не грядка, а целая делянка чёрных ботинок. Когда сын собрался домой, то надел два ботинка: правый тридцать седьмого размера, а левый тридцать пятого. И ничто его не смутило.
Мама позвонила маме одноклассника и сказала: «У вас наша обувь». Про обувь своего ребёнка ведь принято говорить «наша», так что мама одноклассника не догадалась, что имелась в виду «наша общая».
Мама одноклассника обзвонила гостей. Это заняло время. Дело бы шло быстрее, если бы к телефону сразу подходили ботинки. Но трубку брали люди, и оказывалось, что левый ботинок вместе с ногой ушёл в магазин или в библиотеку.
Наконец удалось выследить левый ботинок нужного размера. В нём отправился домой с дня рождения друг одноклассника. Всю дорогу он удивлялся, что одна нога чувствует себя свободнее другой.
Мама сына хотела сразу пойти к маме друга одноклассника. Но оказалось, что пока не с чем. Друг одноклассника носил не тридцать пятый, а тридцать шестой. Так что маме сына пришлось кроме своей обуви выслеживать ещё один левый ботинок.
Тридцать пятый размер нашёлся у подруги одноклассника. Но когда мама позвонила ей, оказалось, что подруга обулась и ушла во дворец творчества юных. Мама бросилась туда, прижимая к груди ботинок тридцать пятого размера. Там под скамеечками стоял длинный ряд обуви: грядка, но не одна, а много, как на ботиночной ферме. Мама прошла все скамейки, сверяя ботинки, заодно подровняла их. После её прохода грядки выглядели как прополотые.
Мама нашла одну разноботинковую пару, в которой был брат ботинка тридцать пятого размера, и заменила его товарища. Подруга одноклассника была на занятиях и ничего не заметила. Зато мама обнаружила, что теперь прижимает к груди ботинок тридцать восьмого размера.
Ещё один круг обзвона, и нашёлся брат ботинка тридцать восьмого размера. Мама пошла за ним с ботинком тридцать восьмого, а вернулась с ботинком тридцать девятого. Вся мамина семья сидела дома босиком и наблюдала, как мама ходит туда-сюда, прижимая к груди левые ботинки.
Наконец спустя сто размеров мама прижала к груди левый ботинок тридцать шестого и торжественно отправилась к другу одноклассника. Но к этому моменту другу так понравился тридцать седьмой размер, что он отказался возвращать ботинок. «А что, так можно было?» — удивилась мама сына. Родители друга объяснили: «Прошло столько времени, он успел привязаться к этому ботинку, и расставание травмирует их обоих».
Тогда мама сдалась. И выставила левый ботинок тридцать шестого размера на Авито. Всем пользователям Авито так понравилась идея покупать и продавать ботинки по одному, что они подхватили этот тренд, и мама легко продала ботинок тридцать шестого и купила — тридцать седьмого. Ботинки были немного разного цвета и фасона, зато какая экономия! На сэкономленные деньги удалось даже приобрести вторую хрустальную туфельку в сервант. На случай форс-мажора.
