2026 год не стал годом перелома по причине того, что искомые 90 млрд европейцы все же выделили Киеву. А это два годовых бюджета Украины. Часть аванса пошла на закупки дальнобойных дронов. И в результате Киев, начиная где-то с марта месяца начал усиливать свои удары по российским городам, находящимся в том числе и далеко от линии фронта. Да, ракеты США для таких ударов Киеву не дали. Но зачем ракеты, если то же самое можно сделать намного дешевле и даже чуть более точно посредством БПЛА?
Мы, в свою очередь, точно так же били по украинским военным объектам.
И в итоге – к лету 2026 года мы подошли в ситуации, когда распутица сошла, тактический маневр все равно затруднен, а враг переводит в разряд военного производства (клепая БПЛА из запчастей) те объекты, которые всегда считались гражданскими, будучи уверенным, что ничего ему за это не будет.
Это очень опасное убеждение. На самом деле, украинским обывателям следовало бы очень внимательно смотреть на то, есть ли у них, и где сборка БПЛА в округе, и самим поджигать и уничтожать эти сборочные цеха, гаражи и прочие мастерские. Почему? Неужели потому что такие объекты вскрываются и по таким объектам будет нанесен удар?
Нет, не только и не столько даже. А потому, что продолжение ударов по России дальнобойными БПЛА – это уже не создание дронового тупика, а резкая эскалация. Вот, сегодня ВСУ направили на российские города 300 дальнобойных БПЛА. Конечно же Россия ответит большим количеством ударных дронов.
Удары идут по военным объектам? Пока да. Но я потратил довольно много времени, объясняя, что Киев превращает в военные объекты - объекты сугубо гражданские, что меняет как формат конфликта, так и подход российской стороны к нему.
Да, в ситуации «ограниченного» конфликта с огромным количеством ограничений и отказа от ударов по мирному населению, дроновый тупик не решаем. Особенно, если у противника есть возможность нанесения смертельных ударов по вашей же критической инфраструктуре. Но эскалация со стороны противника может привести (и как мне кажется, обязательно приведет) к тому, что подход к гражданским объектам в ходе конфликта будет пересмотрен в сторону их сокращения. Ну правда, какие могут быть гражданские объекты среди автозаправок, вышек связи и тд итп. Электростанции? Если они питают сборочные площадки (да, пусть и гаражи) по производству БПЛА, то они, очевидно, становятся военными объектами.
Когда Россия пойдет на расширение понимания объекта военной инфраструктуры – вопрос сугубо времени (и наглости ВСУ). Мне представляется, что этот момент не за горами.
Но повторюсь еще раз, сказав то, что я хотел донести, надо подчеркнуть – дроновый тупик – это производная современной даже не войны, а специальной операции (СВО России на Украине, действия США в Иране итд итп). Если же подходить к военному конфликту так же, как США подходили к войне во Вьетнаме или войне в Корее (да и в Ираке тоже), то тут же перспективы дронового тупика становятся куда менее явными. Когда гражданская инфраструктура становится мишенью потому, что невозможно определить, что эта инфраструктура не используется в военных целях, градус конфликта возрастает по экспоненте, и на каком-то этапе получается так, что гражданской инфраструктуры уже не остается – и не потому, что ее переводят в разряд военной, а потому, что она уничтожается в связи с тем, что перестала быть гражданской, а стала военной. Можно было бы сказать «давно пора», но тут опять же я тяжело вздохну и напомню о резонах, которых я касался мельком выше, и подробно о которых говорить не особо хочется.
Резюмируя, скажу, что Украина идет по очень тонкому льду. Так-то не жалко, даже если провалится и потонет. Проблема в том, что она за собой может (и хочет, кстати) утащить всех вокруг.
#сво
