Журналистика умерла от передозировки страхом. Болезнь, которой сегодня заражены почти все издания без разбора.
В древнем мире кусок хорошего мяса сам по себе был ценностью. Потом его начали посыпать пряностями, добавлять усилители вкуса и в итоге мир дошел до того, что простой, качественно приготовленный стейк стал уделом гурманов. Котлета без соли и перца массовому потребителю не нужна. Так и с новостями: если в материале нет крика, катастрофы или скандала – он никому не интересен. Чем хуже – тем лучше. Чем страшнее – тем больше просмотров.
Помнится, откроешь ведущее издание, а там повод, фактура, экспертные мнения с нескольких сторон, сравнения, объяснения. Журналистика как навигатор: помогала ориентироваться в мире, а не пугала каждым поворотом. Сейчас – сплошная погоня за хайпом, причем никто зачастую не удосуживается разобраться, в чем вообще дело.
Возьмем живой пример. Все мы вчера радостно хлопали в ладоши, когда «Бюро 1440» вывело на орбиту свои спутники. Ура отечественной космонавтике! Но давайте вспомним, как в январе вышла заметка в «Ъ», которая буквально хоронила этот проект. Запуск группировки сорвался. Факт? Факт. Но как это было подано? Как катастрофа отечественной космонавтики! Крах амбиций, позор! А потом три месяца и все нормально. Ничего не напрягает? Все спят спокойно?
После такого материала конструкторы закрылись от прессы наглухо. Их можно понять. Потому что следующий «жур» в погоне за дешевым хайпом добьет то, что первый только ранил. Вот цена безответственной подачи: не разбор ситуации, а публичная казнь.
И таких примеров масса. Блокировки, санкционные списки, запреты… все это превратилось в бесконечную ленту апокалипсиса. Медиа не объясняют, не успокаивают, не дают контекст. Они упиваются людским страхом, как дешевым пойлом, потому что страх кликают охотнее, чем аналитику.
Да, разбор ситуации требует времени. Страх прососать повод заставляет публиковать то, что есть, прямо сейчас. Не дай бог телеграм-каналы разнесут горяченькое раньше! Но в этом и есть водораздел между журналистикой и блогерством: у журналиста есть обязательство перед читателем – сказать правду, а не первым закричать «пожар».
Журналистика должна быть стабилизатором. Одним из тех, что удерживают самолет в горизонтальном полете. Если убрать его – жди крена. А когда крен достигает нынешних масштабов, вывести машину из штопора уже почти невозможно.
