«Солдаты Саламина» Хавьер Серкас, перевод с испанского Дарьи Синициной. Издательство Ивана Лимбаха, 2025 г.
С одной стороны — какой смысл писать на эту книгу отзыв после того, как в предисловии к ней переводчица уже всё сказала намного яснее, дав интерпретацию прочтения? А с другой — меня эта книга с наскоку переехала и не сказать про неё я не могу. Возможны спойлеры в конце.
Не очень удачливый писатель (бывают ли в книгах вообще удачливые писатели?), альтер-эго автора, вернувшийся в журналистику Хавьер Серкас внезапно охвачен задумкой нового романа о писателе-фалангисте Санчесе Масасе. Точнее, его интересует один эпизод биографии писателя и политика — встреча со смертью. Во время гражданской войны Масаса чуть не расстреляли, но он сбежал, а потом и вовсе случилось странное: один из солдат, что был отправлен на поиски беглеца, встретил его в лесу и отпустил. Серкас исследует этот эпизод, разговаривает со свидетелями, которые после побега укрывали Санчеса Масаса. Он пишет книгу, которой и становится вторая часть этого романа, а в третьей автор, всё ещё не до конца довольный получившейся работой, отправляется на поиски недостающего звена — того самого солдата, что не нажал на спусковой крючок винтовки. И вот в третьей части роман переворачивается и переворачивает читателя заодно.
Как верно заметили критики ещё в Испании, где роман стал бестселлером, Хавьер Серкас избежал сентиментальности, пройдя по её краю. На протяжении всего чтения я так и не понимала, зачем я эту книгу читаю. Время от времени такие же вопли недоумения раздаёт и подруга главного героя — несколько комическая фигура, достаточно приземлённая, чтобы рубить правду-матку. Она и спрашивает автора: ты что, реально будешь писать книжку про какого-то фашиста? Нормальных же людей полно, вон, хотя бы Лорка! И я отчасти со смехом, но соглашаюсь с ней — блин, зачем миру книга про какого-то фашиста? Автор и сам терзается тем же вопросом, пока под конец до него не доходит, что книга вовсе не об этом. Как будто сам себе противореча, журналист-писатель завершает «Солдатов Саламина» небольшим некрологом Санчесу Масасу:
Возможно, в глубине души он всю жизнь ни во что не верил — особенно в то, что сам отстаивал и проповедовал. Он занимался политикой, но на самом деле всегда её презирал. Воспевал старые ценности — верность, отвагу, — но вёл себя как предатель и трус, и больше всех способствовал искажению этих ценностей в рамках фалангистской риторики; воспевал старые институты — монархию, семью, религию, родину, — но пальцем о палец не ударил, чтобы вернуть короля в Испанию, игнорировал собственную семью и подолгу жил отдельно, отдал бы весь католицизм на одну песнь из «Божественной комедии», а что касается родины, то вообще неизвестно что она такое, — может, просто способ оправдать шальные выходки и лень.
Возможно, его главной ролью была роль выжившего, и поэтому в конце жизни ему хотелось видеть в себе самом этакого увядающего, потерпевшего полное поражение сеньора, который мог бы свершить многое, но не совершил почти ничего.
Последняя фраза удивительно совпадает с некрологом, который один современный писатель написал на одного политика в другой части земного шара, и эта перекличка ошарашила меня, вновь столкнув с повторением времён. Через всю книгу проходит одна важная мысль — о памяти, которая остаётся и продлевает жизнь погибшим. Серкас несколько раз как бы случайно вспоминает своего отца, заметив при этом, что тот жив, пока он, сын, его помнит. Но при этом Санчес Масас мёртв, он «проиграл историю литературы, забвением расплатился за свою чудовищную ответственность — чудовищную бойню». А кто тогда остался в живых после этой гражданской войны и последующей за ней трагедией?
