Как-то неприлично поздно дошло до меня «Лето в Бадене», роман Леонида Цыпкина, не только по существу выдающийся, но и, кажется, переживающий сейчас второе рождение — благо, к 100-летию создателя его переиздало НЛО — а Сьюзен Зонтаг некогда писала: «Этот роман я, ничуть не усомнившись, включила бы в число самых выдающихся, возвышенных и оригинальных достижений века, полного литературы и литературности — в самом широком смысле этого определения».
Впрочем, здесь Зонтаг ничуть не лукавит. Произведение не только, на мой скромный взгляд, занимает одну полку наряду с «Школой для дураков» и «Пушкинским домом», но и представляет собой абсолют «потока сознания» в отечественной литературе — в «Лете» всего лишь 11 абзацев и 34 точки, а ряд предложений, близясь к завершению, образуют калейдоскопический омут, в коем не разобраться — где реальность, а где вымысел.
Цыпкин стремительно вошел в прозу, пребывая в ранге уже состоявшегося медика: трудился патологоанатомом в психиатрической больнице, написал диссертацию о росте опухолей головного мозга и занимался экспериментальной вирусологией. Выбор темы для «Лета в Бадене» был предрешен по причине страстного увлечения Достоевским.
Автор препарирует личность Федора Михайловича в подобие своему главному занятию, отказавшись от постылого хрестоматийного обожествления: от истоков литературоцентричности и, мягко говоря, скверного характера до игромании и антисемитизма. Нетрудно догадаться, как в свое время это оскорбило ряд рецензентов, заявивших, что «Федя» Цыпкина непредставим в качестве автора «Карамазовых», а, ссылаясь на добротные отзывы с Запада, «Достоевский совсем не то же самое, что Dostoevsky».
Сюжет в «Лете» носит характер формальный, в именно, в его основе — переплетение путешествия Достоевского с супругой из Петербурга в Германию в 1867 году и путешествием самого Цыпкина из Москвы в Ленинград сто лет спустя с воспоследующими размышлениями.
Цыпкин скончался через неделю после того, как Сергей Довлатов и сопричастные приступили к его публикации за рубежом. Благо, сейчас у нас имеется возможность оценить по праву «затерянный шедевр», чего вам искренне советую.
