Борьба с псевдодиагнозами “секс зависимость” и “порнозависимость” продолжается
Журнал Sexual and Relationship Therapy выпустил https://doi.org/10.1080/14681994.2025.2578550 о том, что они в свой журнал больше не пропустят статьи со словами “секс аддикция” и “порно аддикция”. А среди соавторов известный Silva Neves, автор учебника по терапии компульсивного сексуального поведения. Вот их тезисы:
-“sex addiction” и “porn addiction” не имеют достаточной научной базы и не признаны в международных классификациях
- специалисты не должны использовать эти термины в психотерапии, консультировании и обучении
- CSBD (расстройство секс компульсивности) - по сути не аддикция, и его следует ставить только при выполнении всех критериев из МКБ 11 (что очень редко встречается на практике)
- не следует продвигать программы терапии основанные на полном воздержании, также как не следует продвигать конверсионную терапию любых форм
Залез внутрь статьи и выделил вот какие моменты:
При том чтоб выполнить все критерии расстройства сексуальной компульсивности надо очень постараться, по статистике 50% специалистов ставят диагноз на основании только одного критерия (например, высокого сексуального влечения). И систематически игнорируют что вред идущий от морального несоответствия не является основанием для диагноза.
Далее, приверженцы модели зависимости часто делают сенсационные утверждения, ссылаясь на корреляционные исследования, но то ли по невежеству, то ли специально подменяя в своих утверждениях корреляции причинно-следственными выводами. Например, часто недобросовестно утверждают о проблемах с эрекцией и депрессии как о последствии порно.
Модель зависимости - это приглашение к конверсионной терапии. И ведь конверсионная терапия это не только про гомосексуальных людей которых током били, чтобы изменить их предпочтения, и опасна она может быть не только для них. Тут надо смотреть шире на сам тип подхода к сексуальности. Любая неконвенциональная особенность может стать предметом карательной сексологии или ненависти к себе. Сюда попадают и любые кинки или немоногамия. И по иронии судьбы наиболее широко патологизируемая тут популяция – это обычные цисгендерные мужчины. (Кстати, тут имеет смысл вспомнить что у мужчин в сексуальный цикл встроен природный предохранитель – рефрактерный период, что делает модель аддикции едва ли применимой)
И вот в среде пропитанной идеологией “секс зависимости” при возникновении “нечистых помыслов” им порой предписывают наказания, иногда моральные, а иногда это тупо физическое болевое воздействие. Это могло бы быть очень интересной сексуальной игрой, если бы не было заквашенной на религии моралью, которая преподносится как медицина.
Модель секс зависимости игнорирует (или просто не понимает) то, какой широкий спектр функций может выполнять сексуальность в разных её видах, и какой урон качеству жизни наносится из-за её подавления. И вместо адаптации среды к сексуальным нуждам (например бесплатная доконтактная профилактика и специальные пространства для того чтоб порезвиться) они пытаются уложить сексуальность людей в свои идеологические рамки.
При этом мы все равно имеем поток людей, которые воспринимают свое сексуальное поведение как “выходящее из под контроля” и имеют жалобы на это. И хотя это не зависимость, и в подавляющем большинстве случаев даже не компульсивное расстройство сексуального поведения (CSBD), проблема всё равно есть и с ней нужно как-то обращаться. Для этого в секс позитивной оптике есть более широкое понятие OCSB (Out-of-Control Sexual Behavior). Но здесь важно помнить, что поведение не просто вышедшее из под контроля, а воспринимается человеком как вышедшее из под контроля. Потому что мы в таком сыром запросе еще не понимаем, кто здесь является агентом контроля - родители, сми, государство, религия, специалисты или сам человек. В секс позитивном подходе нет заданных стандартов нормы и патологии, а делается фокус на благополучии, этике и ответственности самого человека и его самоопределении в этом.
