Зависимость и самостоятельность – девятый круг управленческого ада
(предыдущие публикации этой группы: 4,6,15,28 августа; 16 сентября; 14 октября; 8 ноября; 7 декабря)
Чем выше по иерархии, тем острее противоречие между необходимостью подчиняться и быть самостоятельным в решениях. Особенно в таких, где не вполне ясно, какими средствами, методами, путями может быть достигнута цель.
Любому руководителю приходится решать задачи, поступающие сверху, часто даже учитывать некие высказанные вслух начальственные суждения о том, что “хорошо бы сделать нечто, хотя, с другой стороны, как посмотреть”. И приходится руководителю действовать на свой страх и риск. Если выйдет победителем, то никто не будет докапываться до нарушений, вынужденно допущенных. Но уж если провалит дело, тут уж что уж. Начнутся разбирательства, нагрянут комиссии, навалятся своими сытыми тушами проверяющие, откормленные на предыдущих проверках. Живого места не оставят.
Чем выше по иерархии, тем острее столкновение самостоятельности и зависимости. Самый свободный от подобного рода противоречий человек, это субъект без определённого места жительства. Нищий, бродяга, у которого вместо крыши над головой небо голубое.
Свобода приходит нагая,
Бросая на сердце цветы,
И мы с нею в ногу шагая,
Беседуем с небом на ты.
/Велимир Хлебников. 1917 г./
Любой руководитель несвободен. Кроме зависимости от вышестоящих персон у руководителя есть перспектива быть цинично использованным ордами беспардонных журналистов, готовых “ради нескольких строчек в газете”* устроить вселенский «хайп»** даже из ничтожной передряги.
“Ради красного словца не пожалеет и родного отца” – русская поговорка
Нередко начальник, даже незаметно для себя, становится заложником кого-либо из своих подчинённых, постепенно передавая в одни руки всё больше задач, направлений работы, процессов управления и контроля. Когда реальная власть концентрируется в одних руках, причём это не руки шефа, то любой провал или успех становятся угрозой карьере такого руководителя. Ведь более вышестоящие по итогам, скорее всего, решатся на замену кадров управления в этом подразделении.
Дальновидный руководитель, предвосхищая подобное, фрагментирует задачу, поручая разным сотрудникам выполнять её отдельные части.
Известно немало начальников, которые по любому вопросу норовят «сверить часы», посоветоваться. Вышестоящие тоже не горят желанием эту ответственность на себя принимать.
Вспоминается разговор двух руководителей в некоем высоком кабинете. Один из них был очень, а другой не очень высокопоставленным начальником:
- Что делать, как поступить, Василий Сидорыч?
- А ты сам как думаешь, Лазарь Петрович?
- Я-то?
- Да, ты.
- Я как Вы. Я за Вас.
- Это правильно. Молодец. Тогда действуй.
- Да?
- Конечно.
- То есть, Вы – «за»?
- За что?
- Ну, за то, чтобы согласиться.
- А-а, ты тАк предлагаешь, да?
- Я – нет.
- А кто предлагает?
- Никто пока не предлагает.
- Ну вот, это-то и надо решить. Главное, чтобы результат был. Главное не обо… не опростоволоситься. Вам. Тебе, Лазарь, именно.
- Ага, понятно. Уяснил.
- Всё тогда. Разрешаю бегом.
- Куда?
- Ну, вот опять, снова здорОво. Мы же всё уже обсудили, расставили все точки над “i”. Работайте. Партия вам верит. Пока ещё. Действуйте.
/1981 г./
Есть впечатление, что с тех пор не многое поменялось в людях, особенно в управленцах.
Это последнее из девяти противоречий в деятельности руководителя. Как бороться с каждым из них, проявляющихся в самых разных сюжетах и коллизиях, руководитель определяет самостоятельно.
Можно лишь предположить, что если руководитель хотя бы осознаёт факт постоянного присутствия этих противоречий в своей работе, догадывается, что сиюминутное преодоление не означает принципиального их снятия, тогда он имеет необходимые основания быть успешным.
Герман Марасанов
___
*) Песня журналистов. В. Мурадели, А.Левиков. 1960 г.
**) “хайп” (hype) – на современном, “заглистованном” англицизмами русском языке – «шумиха».
