— Потому что я наблюдательная! — вспыхнула Джинни. — А ты просто притворяешься, что тебе неинтересно.
— Мне неинтересно, — сухо сказала Милли и тут же добавила: — Ну, почти.
Они зашли в маленькую лавку с причудливыми аксессуарами. Там продавались перчатки с чарами тепла, шарфы, меняющие цвет, и броши в виде крошечных фениксов. Джинни первой схватила ярко-зелёный берет.
— Слизеринский? — Милли приподняла бровь.
— Провокация, — невозмутимо ответила Джинни и нахлобучила его на голову Миллисенты.
Милли сначала хотела снять, но замерла перед зеркалом. Берет подчёркивал её тёмные волосы и делал взгляд ещё выразительнее.
— Не смей, — предупредила она, увидев довольную улыбку Джинни.
— Что “не смей”? Ты выглядишь потрясающе.
Миллисента закатила глаза, но уголки губ предательски дрогнули.
— Ладно. Тогда и ты примерь это.
Она сняла с витрины длинные кожаные перчатки с серебряной вышивкой и сунула Джинни. Та натянула их, согнула пальцы и вышивка засветилась мягким алым.
— О, Мерлин… — выдохнула Милли. — Они реагируют на темперамент.
— Тогда мне подходят, — ухмыльнулась Джинни.
Они переглянулись и вдруг обе расхохотались так громко, что продавщица шикнула.
— Знаешь, — тихо сказала Милли, когда они вышли обратно на мороз, — я думаю, что без тебя здесь было бы ужасно скучно.
— Да? — Джинни толкнула её плечом.
— Конечно.
Джинни довольно улыбнулась.
Снег продолжал падать, и они шли дальше по улице, споря о том самом “взгляде”, о квиддиче, о новых слухах в школе, перебивая друг друга.
И если кто-то со стороны и удивлялся, как слизеринка и гриффиндорка могут так смеяться вместе, им было всё равно.
