Последний пост на сегодня
История нашего Анатолия Курочкина.
Про обиды...
Обнимаю вас ❤️🙏
🔶🔶🔶
Он, понимаешь ли, обиделся!
Бывает такое, да. Часто бывает.
Не потому что я такой вот наглый, провоцирующий. Дело вовсе не в этом.
Не потому, что я чего-то там сказал, или вспылил, нет.
Просто взял и обиделся.
Сначала обиделся, потом перестал разговаривать, перестал отвечать на звонки. Всё – точка! В черном списке я. Забанен.
Конечно, я тоже обижаюсь, как и любой другой человек. Когда несправедливость, когда кричат. Когда я все душой, а мне кучу всякой гадости.
Многие обиды всю жизнь вспоминаешь. Нет, не пережевываешь и так, и сяк, а просто помнишь.
Как-то в первом классе к нам на школьную террасу залетела синичка. На улице мороз страшный, птичка мечется между окнами, ничего не понимает. «Она голодная» - решили мы.
Я побежал в леспромхозовскую столовую, там всего-то с полкилометра, и набрал кусочков черного хлеба. «Это ещё куда?» - крикнула буфетчица.
А я и отвечать не стал. Они нас всех знали, мы всегда в обед брали у них вкуснейшую котлету, кусок черного хлеба бесплатно и стакан чая – всего 15 копеек.
Знали наших родителей, если что, сказали бы им о каком-нибудь нашем очередном баловстве. Да и все шофера нас знали: чей, откуда, как зовут.
Так что - схватил хлеб и бегом назад.
Да вот только пока я бегал, птичка исчезла! А Саня Мелентьев тут, как тут: это, мол, её третьеклассники выпустили. Даже прогнали. На мороз, выгнали. Руками махали и веником.
Ну и я тогда очень сильно на весь мир обиделся! Я пошёл к этим старшеклассникам и весь хлеб раскрошил им на порог в классе. Как вы не понимаете, она же голодная и на морозе может замерзнуть!
Я когда есть хочу, то даже варежки не спасают, так зябко становится. Тебя бы, Вовка, вот веником на мороз если бы выгнали?
Вот вам всем! Понял?
А потом девчонки меня предали, наябедничали Анне Ефимовне на меня: «Это он! Он!». Правда, мы очень любили нашу учительницу и она нас. Она была красивая очень и веселая.
Она меня не стала ругать. Она только головой покачала и отправила домой. Нет, не выгнала, а просто сказала: «Иди домой, я отпускаю тебя с уроков».
А слезы у меня уже дорогой потекли. Они текли, а я выл, просто выл! Но я и маме ничего не сказал. И отцу не сказал, и брату. Никому ничего не сказал.
Мне очень жалко было синичку и самое страшное, что сделать уже ничего нельзя. А она, наверное, умерла – я так подумал.
Вот так я обиделся.
И он, стало быть, обиделся.
А бывает, что вот друзья – не разлей вода. И стали рассуждать про политику. Рассуждали, рассуждали. И понеслась!
– Ну нельзя же быть таким тупым!
– Не тупее тебя!
И черт бы с ней, с этой политикой. Но обиделись. На всю катушку, на всю жизнь. Не разговаривают, не звонят.
Вот ведь какая силища у обиды!
Вот и он обиделся!
На службе обида – последнее дело. Себе дороже. Там если все обиды копить, да разогревать, то и жизни не будет. Просто забей, наплюй, забудь, не обращай внимания, выкинь из головы. Там и других заморочек хватает, ну их к лешему, обидчивых-то!
Там бывает столько несправедливостей, что если с утра обиду затаил, то к обеду новая появится. А к вечеру и третья.
А необидчивых на службе любят. Им разрешается ругаться, даже материться без зла, опаздывать на вахту, просыпать подъём флага.
Был у меня матрос Володя Тихоненко. Он всегда улыбался, не нагло, а так – по-простому. Чтобы не натворил, чтоб бы ты ему не выговаривал. Легко с необидчивыми.
А он обиделся, видите ли!
Ну и обижайся сколько влезет! Что мне застрелиться что ли теперь?
Логика-то обиды очень простая. Он хочет так, а я эдак. Или он хочет по-своему, а я так не хочу. Я предлагаю, а он молчит.
Или начинает морали читать - гордыня, мол, у тебя. Сам, мол, не живешь, и другим жизнь заедаешь. Крыша, - говорит, у тебя поехала. Ну и в довесок - ты, - говорит, - украл что-то у меня. У него, то есть.
И не разберешь уже - с чего началась обида-то. И чего я там украл? Как мама любила в шутку говорить: «Да мы уж три дня не воровали!».
👇👇👇
