Про возраст и Луиз Буржуа
Из детства остался образ, что возрастные люди ничего не понимают во всем самом важном: музыке, моде, технологиях, современной культуре. Немного неприкольно взрослеть с такой установкой. А еще некоторый дискомфорт добавляет тот факт, что дизайнеров старше меня хотя бы лет на 15 в русскоязычном поле как будто не существует (ну если не считать буквально пары имен). Я уже молчу про дизайн в цифровой среде, с этой областью мы вообще ровесники и от этого иногда кажется что дизайн в области современных технологий, это что-то исключительно для юных обладателей свежих мозгов. А еще добавляем общемиллениальскую тревогу потерять актуальность в меняющемся мире, ведь в детстве мы были свидетелями как поколение наших родителей не смогло адаптироваться к своей новой стране.
Хоть я понимаю, что все это в большей степени предрассудки, но все равно приятно поддержать себя историями людей, которые с возрастом не застыли в своем времени, а сохранили интерес к современности. И главная для меня здесь — художница Луиз Буржуа.
Я понимаю, что художники это не коммерческие дизайнеры, для них сохранять интерес к творчеству до самой смерти это скорее норма. Но есть один нюанс — зачастую у таких ребят это работа в рамках уже найденного когда-то очень давно художественного языка. Да, гениального и самобытного, но уже вневременного. А меня в контексте возраста, интересует именно контакт с современностью. Есть конечно ребята, совершившие уже в зрелом возрасте радикальное переосмысление своего языка, как например Эль Греко, который стал тем самым Эль Греко ближе к 40. Но кажется таких ощутимо меньше.
И вот Луиз Буржуа.
Художница, которая всю жизнь меняла медиумы, материалы, техникии и объекты исследования, была чувствительна к социальным вопросам и живо на них откликалась: феминизм, травма, тело, гендер. А в 56 лет решила освоить работу с мрамором — физически и технически сложным материалом, и поехала для этого в Италию. И это не каприз богатой популярной художницы, в этот период она была где-то на перефирии арт-институций. Это была скорее осознанная попытка перезапустить свой художественный язык. Шаг, требующий внутренней решимости, особенно в 56.
Для меня эта женщина идеальный пример человека, который с возрастом становится всё радикальнее, свободнее и актуальнее. Для кого солидный возраст стали периодом трансформации, а не консервации. Кстати, своих огромных пауков она создала, когда ей было уже за 80
