🐧 Пингвины и влечение к смерти
✏️ Автор: Arsenio Krasni
Кадр с пингвином, стоящим перед горным массивом. Вероятно известная вам картинка недавно завирусилась благодаря Администрации Трампа. Белый Дом
https://x.com/WhiteHouse/status/2014819683757678654, где к пингвину нагенерировали Трампа и американский флаг – аккурат к обсуждавшемуся тогда захвату Гренландии. Тот факт, что пингвины водятся только на Южном Полюсе, традиционно невежественных сммщиков Трампа не смутил.
Первоисточник изображения с пингвином – кадр из документального фильма знаменитого немецкого режиссера Вернера Херцога “Встречи на Краю Земли”, где мэтр путешествует по Антарктиде и общается с людьми, решившим избрать для себя этот континент как место для жизни.
Один из сюжетов посвящен интервью с исследователем пингвинов Дэвидом Эйнли. Херцог задает ему странный вопрос: “могут ли пингвины сойти с ума?”. Эйнли обращает внимание режиссера на пингвина, отбившегося от группы на 80 километров и идущего в сторону безжизненных гор. “Но почему?” – повисает в воздухе вопрос Херцога. Ответ на него остается неизвестным, в отличие от судьбы пингвина. Она незавидна — пингвин идет на свою смерть.
Вскоре после публикации Белого Дома, Департамент Госбезопасности США
https://x.com/i/status/2014858258939318352 из документалки Херцога, удобно вырезав сцену, где обсуждается трагическая судьба пингвина. Вместо нее вставлена нарезка фотографий Трампа и рейдов ICE. Милитаристское слайд-шоу демонстрируется как ответ на тот самый вопрос, мучавший Херцога. Только вдумайтесь, даже не агитка белой семьи с барбекю из американской мечты 60-х, а просто жестокий коллаж современных хищников и их жертв.
Видео кажется безумным, но на деле является не более чем частным проявлением мощного инстинкта, обнаружимого не только в анализе индивидуальной человеческой психики, но и развития всей человеческой цивилизации. Предположенное Фрейдом после продолжительной рефлексии о Первой Мировой Войне, влечение к смерти всегда подспудно сопровождает созидательные проекты человечества.
Герберт Маркузе развил фрейдистские цивилизационные сомнения до теории общественной репрессии над принципом удовольствия. Очень упрощая, такую репрессию можно разделить на необходимую для воспроизводства человечества; и прибавочную, необходимую только для извлечения сверхприбылей из человечества и для разрастающейся доминации 1% человечества над оставшимися 99%. Маркузе надеялся, что преодолеть прибавочную репрессию возможно воображением и установлением эгалитарных отношений Эроса с Логосом, для описания конкретных возможностей чего понадобиться еще не одна тысяча книг и не один десяток социалистических экспериментов.
Однако, помимо освободительного выхода Маркузе, общественную репрессию можно разрушить и другим способом – тотальной аннигиляцией. Миссия пингвина из фильма Херцога есть суицидальная миссия, торжество инстинкта смерти, возвращение к несознательному существованию в качестве уверенного среднего пальца всем моралистским ограничениям угнетающей капиталистической реальности.
Мы сегодня все больше находим себя на руинах провалившихся проектов прошлого. Проблема закрытого будущего – это уже проблема не только левой академии Марка Фишера. Не видят в постмодернистком аду настоящего перспектив ни либералы, ни реакционные силы. Первые не предлагают вообще ничего, кроме ретуши корпоративным стилем 2007-го года. Вторые уже все более открыто намекают на героический конец – миллионы должны присоединиться к пингвину в его смертельном и разрушительном (анти)крестовом походе за Гренландию, дата-центры Питера Тилля, педофильскую каббалу сверхбогатых и черт знает что еще. И это актуально не только для США. Никакой проективной, обращенной в будущее национальной идеи нет и не может быть и в современной России, кроме как идеи экзистенциально враждебной окружающему миру, будь то
https://t.me/russicaRU или
https://t.me/c.
Левые в кризисе. Но в кризисе вообще все. И все ближе момент, когда нам нужно будет оперативно занять место рядом с пингвином. Только вместо леденящих душу вершин повести его в другом направлении — туда, где его ждет будущее, а не верная смерть.
