Александром Зацепиным. Тот вспоминал, что сочинял «Песенку про медведей» для «Кавказской пленницы» в муках. Леонид Гайдай очень волновался - это была самая первая песня, звучавшая в его картинах - и забраковал первоначальный вариант, песню «Первый день календаря». Потом появилась мелодия песенки про медведей, - но Гайдай отказался и от нее («может, это будут петь по радио, но не думаю, что будет петь народ!»). Зацепин в сердцах написал заявление об уходе из творческой группы картины. Но его уговорили остаться, а Гайдая - хотя бы дать Дербенёву шанс написать слова (так-то мелодия нравилась всем, кроме него - Никулину, Вицину, Моргунову, сценаристам Костюковскому и Слободскому...) Когда Дербенёв прислал текст, Гайдай встал на дыбы: «При чем тут медведи? Мы в Крыму снимаем «Кавказскую пленницу», тут жара, а у вас какие-то льды и медведи!..» Дербенёв спокойно ответил: «Здесь жарко, студенты мечтают о прохладе!»
(Песню потом критиковали в прессе: как могут медведи тереться спинами о земную ось, «ведь она же невидимая и существует только в нашем воображении?») Не меньше проблем было с «Островом невезения» из «Бриллиантовой руки»: все считали эту песню «вставным номером», а Гайдай ещё и говорил, что в фильме есть две песни, третья будет лишней. На худсовете требовали этот эпизод вырезать, Гайдай одним ожесточеньем воли его оставил. Зацепин потом писал: «Чего греха таить, если судить по канонам драматургии, номер получился вставной. Однако же и вставные зубы бывают порой получше настоящих…»
А еще Дербенёв с Зацепиным работали на «Двенадцати стульях», «Не может быть!», «Иван Васильевич меняет профессию», «31 июня», «Женщине, которая поет», «Земле Санникова»... Песня «Есть только миг между прошлым и будущим» стала темой отдельной большой статьи в газете «Правда» (по другим данным, это был «Труд»): там приводились письма читателей, возмущенных столь безыдейным текстом. «Поверите ли - уши вянут, когда слышишь «Есть только миг, за него и держись» и тому подобную белиберду. Зачем только такие песни размножают? Чему они могут научить?» Содержание песни называлось «мещански-эгоцентрическим», «откровенной пошлостью», «ловушкой для молодых душ». Говорят, что весь этот бред (письма трудящихся, судя по всему, сочинили в редакции) был приурочен к отъезду Зацепина во Францию: «изменников» полагалось травить. Чем еще объяснить, что волна народного гнева обрушилась на песню из сверхпопулярного фильма через десять лет после его выхода в прокат?
Но удар пришёлся по Дербенёву, и его в очередной раз не приняли в Союз писателей.
#юбилей #Леонид_Дербенёв #судьба_человека: часть II #Александр_Зацепин
