Переслушивала тут «На дне» Максима Горького и заметила, что есть персонаж, про которого все обычно забывают.
Татарин. А он, хоть и появляется нечасто, отлично вписывается в общую схему поиска веры в царстве тьмы, и более того, добавляет интересный, на мой взгляд, мусульманский компонент.
Вот смотрите, как Горький это делает в 4 действии :
🟢Когда татарин молится, Барон предлагает Сатину его облить водкой. То есть испортить человеку намаз с помощью запрещенного (харам) – алкоголя. Но Сатин в молитву не вмешивается и Барону запрещает;
🟢Потом приходит Актёр. Видит молящегося Татарина (он, кстати, по тексту пьесы, единственный, кроме Луки, кто вообще молитвы читает) и просит помолиться за его душу. На что Татарин достаточно грубо ему отвечает «Сам молись». И вот тут он лихо идет против ислама и самой сути намаза, когда верующий должен молиться за весь мир. Более того, он ставит себя этим выше Актёра, как буквально в паре явлений до этого Барон Насте говорил, что «я выше тебя, ты же мразь», что тоже показывает его разрыв с истинной верой;
🟢Но вишенка на торте – это, конечно, его гениальная фраза:
«Магомет дал коран, сказал: «Вот — закон! Делай, как написано тут!» Потом придет время — коран будет мало... время даст свой закон, новый... Всякое время дает свой закон...»
Тут Татарин вообще смешивает все и вся, потому что по исламу до Судного дня никаких новых законов быть не может, Коран всегда актуален. А он же тут говорит, что будет что-то новое, дополняющее и изменяющее Священное Писание.
Поэтому тут персонаж маленький, а смыслы большие: это еще один персонаж ночлежки, который оторван от веры и который гораздо ближе к Сатину, чем к Луке. И Максим Горький тут, кстати, предстаёт, как автор с большим кругозором и пониманием исламской культуры, за что честь ему и хвала.
