7) Как бы скептически я не относился к разговорам о национальном характере, глубинных корнях, особости и т.п., но никуда не деться. И В.Гаврилин, и В.Шукшин пишут об этом. Пишут особым художественным языком, который сродни визуальным образам. Эти образы практически не имеют отношения к рациональности. Лишь хорошие критики и учёные-специалисты могут находить и находят умные слова, научные термины, чтобы их описать. У самих же авторов музыки и текста эти образы на уровне чувства, на уровне понимания чувством, душой, болью и радостью. Да, В.Гаврилин и В.Шукшин совпали в думах, в чувствах о России, ее истории и ее будущего, ее людях.
Кстати, очень не случайно симфония-действо сопровождается и визуальным рядом, который транслируется на экран на сцене. Сцены казацкой жизни, Степан Разин, сеча, пляски вокруг костра ... А с неба на эти картины падают жёлтые листья. Осень. Та самая любимая многими осень. Яркость красок и ожидание зимы, праздник урожая и неизбежность морозов, сытость и грядущие сонные холода... И всё-таки надежда на весну, движение, волю...
8) Текст В.Шукшина, музыка В.Гаврилина, текст к большинству музыкальных фрагментов тоже написаны В.Гаврилиным и визуальное оформление концерта. Все эти составляющие в единстве. Но ведут за собой, доминируют, чередуясь, хор под управлением Марии Аранбицкой и художественное чтение Валерия Долганова.
9) Что же слышно в музыке В.Гаврилина и тексте В.Шукшина? В чем они совпали? Об этом написаны множество научных и просто критических статей, монографий, книг... Защищены диссертации. Если же говорить просто, то и ответы будут предельно простыми.
Дорога. Там самая дорога, по которой несётся Русь. Да, именно так: "Русь, куда ж несешься ты? дай ответ. Не дает ответа". Дорога без начала и конца. Неизбывность и неизбежность дороги.
Мать. Материнство. Родина. Родное и одновременно далёкое, ушедшее. Любовь к матери, неизбежный уход от нее, вера в то, что мать всегда защитит, тоска по матери и материнская тоска:
"В небе гаснет солнце, скрылась матушка за оконце.
С неба спущено письмо, распечатано оно
Никем не прочтется – в небо матушке возвернется".
Воля. Не свобода, а именно воля. Стремление к воле. Невысказанность. Непонятность. Но стремление к ним. К тому, чтобы рубаху в клочья. Вот он я. Плохо мне, нет мне воли:
"В ад ворота открываются.
Скрыпно!
Негасимы печи там горят.
Смрадно!
Ни тепла от них ни холода.
Душно!"
Так откройте все окна! Выйдем на улицу. Пусть ветер. Пусть гром. Пусть грянет буря. Воля!
10) И, наконец, лейтмотивом и у В.Гаврилина, и у В.Шукшина - тема праздника. Плохо ли, хорошо ли, но душа просит праздника. Помните в "Калине красной" у В.Шукшина? «Праздник нужен душе, праздник! Я его долго жду»,
«Я поселю здесь разврат! Я опрокину этот город во мрак и ужас!» и т.д. В романе "Я пришел дать вам волю" несмотря на весь трагизм сюжета праздник повсеместно, ибо вот она... воля. Воля не столько как цель, сколько здесь и сейчас. Праздник как проявление воли.
Праздник несмотря ни на что. На битву, как на праздник. После смертей и ранений - праздник. Поминки как праздник. На работу, как на праздник. Голод, холод, смерть, а душа просит праздника. Этот праздник не похож на степенное или счастливое ресторанное застолье. Этот праздник совсем не сродни карнавалу. В нем нет величавой торжественности. Это иной праздник. Разгульный, разухабистый, в любую погоду, в самое трудное время... У В.Гаврилина:
"Горько заплакали,
Весело на душе,
Слёзы закапали,
Весело на душе".
Музыкальная тема праздника, разного, но всегда рвушего душу, и в "Страшенной бабе", и в "Весело на душе", и в "Ерунде", и даже в "Смерти разбойника"... Практически в каждой части "Перезвонов".
11) "Доместик" и Мария Аранбицкая неоднократно обращались к творчеству В.Гаврилина, в том числе и прежде всего к "Перезвонам". Отдельные фрагменты, более или менее целостные части этого великого произведения звучали. Но такого цельного действа, как только что случилось, не было. Сама Мария Владимировна Аранбицкая говорит, что идея показать В.Гаврилина вместе с В.Шукшиным вызревала два года.
