Зелёненький аэробус Эссэвен вырулил на взлетку казанского аэропорта, уперся тормозами в полосу и начал раскручивать двигатели для взлета. Я приготовился лететь и предвкушать путешествие, но, когда мы наконец покатились вперед, быстро стало понятно, что с такой скоростью нас могут везти только обратно к гейтам. Почти так и вышло.
Продефилировав по рулёжкам, самолет зарулил на стоянку. Когда на машинке подъехал человек и, неторопливо прогуливаясь, начал обставлять нас дорожными конусами, стало понятно, что в ближайшее время мы никуда не летим. Я картинно нахмурился. «На бумаге» все выглядело чисто. Во-первых, у нас получилось спланировать вылет за день до Батумского рейса из Внуково с ночевой в Москве, и был большой запас по времени. Учитывая важность задачи - дообъединять мультивселенные - то есть познакомить важные части себя с другими, не менее важными частями и явлениями, цель добраться до Батуми имела статус «любой ценой», так что просторная логистика была очень кстати. Во-вторых, огромный снегопад, бушевавший в Москве несколько дней, накануне уже покинул столицу, но еще не дошел до Казани, так что вылететь и сесть мы должны были под чистым небом, по пути показав ему фак где-то над Зеленодольском. В итоге фак пришлось показывать разве что борту Аэрофлота, успешно вылетевшему в Шереметьево у нас под носом, а нам оставалось только ждать.
Командир вышел на связь, пояснил, что в целом все потрясающе, но необходимо убедиться в том, что «индикация ложная». Интриги добавило то, что ни про какую индикацию до этого он не говорил. Тем не менее, люди, которые должны были непосредственно убедить его в этом, еще ехали, поэтому я с интересом начал глядеть в иллюминатор. Люди все не приезжали, но зато приехал снегопад. Видимость начала падать сначала немного, потом сильно, и было видно только, как уезжает в сторону взлетки и исчезает в метели колонна снегоуборочной техники. От скуки и безделья я украдкой заглядывал в Манину книжку про девяностые (правда, позапрошлого века и во Франции, но, из того что я подглядел, создавалось впечатление, что там примерно то же самое). Но по большей части занимался тем, чем обычно в периоды вынужденного ожидания - мониторил обстановку. Для начала карты осадков - по ним выходило, что снегопад еще слаб, а скоро откроется окошко, в которое нам очень желательно взлететь, потому что за ним через пару часов шел полный мрак. В остальном, впрочем, было без осложнений - небо над центральной частью страны было заполнено только мирным безобидным бураном, и аэропорты были открыты. Тем временем, КВС снова вышел на связь и сказал, что в целом все по-прежнему великолепно, но техникам нужно 30-40 минут сгонять куда-то за оборудованием. Я лишь понадеялся, что не в Леруа Мерлен, и принялся считать время. Запасные планы представляли собой вечерние поезда - целых два на выбор. Убедившись, что мест в них достаточно, я спокойно ждал техников. Когда для первого из поездов уже приближалось окно «вот сейчас нужно выезжать на вокзал», командир снова вышел на связь и сказал, что теперь все точно невероятно потрясающе, но нужно обесточить самолет. Погас свет, затихла вентиляция и силовая установка, и мы остались в тишине. Тайминг до первого поезда был уже сжатым, а для второго нужно было как минимум выйти из самолета. Но снова был свет, вентиляция и силовая установка, и, видимо, кто-то из техников все-таки верно догадался спросить «включить и выключить пробовали?». Зашевелились проворно турбины, мужичок в жилетке поспешно собрал конусы в свою машинку, и мы поехали на взлетку прямо к точке начала этого поста. Двигатели взревели уже как положено, приятно вдавило сначала назад, а потом вниз.
В голове звучало радостное «ви ван! ротейт! позитив рейт! и ПОШЕЛ ТЫ НАХУЙ, СНЕГОПАД»
