15 декабря. Случившаяся в этот день год назад
https://t.me/earthtouches_me, без преувеличения, изменила мою жизнь.
Я много думал о том, что бы я сказал сегодня, но так и не решил. Хочется либо высказать всё от начала и до конца, либо не говорить ничего. Первая опция - это, пожалуй, целая книга. А вторая - какая-то странная после всего пережитого. Так что я всё-таки попробую коротко
О вопросах, остающихся на данный момент, да и вообще о катастрофе, хорошо сегодня
https://t.me/Shkradyuk Игорь Шкрадюк.
Керченская катастрофа ещё не закончилась - куски танкеров всё ещё лежат на дне, мазут постоянно выбрасывает на берег, а птицы продолжают попадать в мазутную ловушку. Отважные
https://t.me/setisitolopata продолжают работать на пляжах, ворочая тонны пескомазутной смеси. Это настоящие герои, огромная благодарность этим людям! Движение
https://t.me/spasemmore продолжает следить за ситуацией и помогает всеми доступными средствами.
https://t.me/national_veterinary_chamber, https://t.me/WNHospital проводят исследования, продвигают идеи защиты животных в условиях ЧС и правильной работы с этими животными. Благодаря этим людям, в особенности президенту Национальной Ветеринарной Палаты Екатерине Анатольевне Рачинской, мы сейчас понимаем, как правильно и наиболее эффективно работать с пострадавшей от разлива нефтепродуктов птицей.
Но ещё ничего не закончено.
Остаётся ещё столько нерешённых вопросов и столько дыр в законодательстве, через которые просачиваются возможности новых аварий, новых жертв и малоэффективных ответных мер.
Вслед за Госпиталем Дикой Природы и Национальной Ветеринарной Палатой сегодня мы передали письмо губернатору Краснодарского края, в котором высказали ряд предложений по совершенствованию законодательства, касающегося аварийных разливов нефтепродуктов.
Это может показаться странным, но в существующих планах ликвидации аварийных разливов нефтепродуктов (ПЛАРН) не нашлось места для животных и особо охраняемых природных территорий. Это досадно и, пожалуй, даже стыдно. Наша страна богата уникальными природными территориями, но эти территории мы, почему-то, не очень-то бережём. Я считаю, что, наряду с планами ЛАРН для судов и инфраструктурных объектов, должны существовать и планы ЛАРН для территорий, в особенности - особо ценных территорий (Заповедники, нацпарки, заказники, Ключевые орнитологические территории и пр). В мировой практике такие планы существуют уже давно. В частности, при крушении танкера Эксон Валдез в 1989 году так называемые географические планы отклика показали свою эффективность, а после этой катастрофы для Аляски было разработано ещё более 500 таких планов. Причём в разработке этих планов активнейшее участие принимала организация владельцев танкеров, сами судовладельцы.
Самое главное - мы, люди, общество можем и должны занимать активную позицию, вносить свой вклад, защищать наше право на благоприятную среду. От каждого зависит очень многое. Каждый из нас - кирпичик, без которого не будет законченного строения. Керченская катастрофа - это про людей и как минимум большая часть этих людей - это то, каким должно быть цивилизованное общество
