ЛОБОЙКО

Public

Не можете присоединиться? @loboykoru

454 Участники

Обновлено: May 25, 2026 at 8:52 PM

ЛОБОЙКО

Политическая экспертиза и анализ, комментарии и реплики на актуальные темы. В Facebook – www.facebook.com/dmitrii.loboiko / Центр "Региональные исследования" – www.regional.expert Для связи: [email protected]

@loboykoru is a growing community focused on wwwfacebookcomdmitriiloboiko and facebook and related topics

Рейтинг

Глобальный рейтинг

#2560

-46

Рейтинг по языку

#1450

-17

Рейтинг по категории

#113

Рост участников (Последние 30 дней)

Всего: 454

Рост за 24ч: +0 0%

Последние посты

ЛОБОЙКО

18 мая 2026 г., 10:16

Курьерская экономика: парадокс цифрового средневековья

http://Lenta.ru/ https://lenta.ru/twz/samorazvitie-kariera/kurery-v-moskve.htm?utm_auth=true большой материал о курьерском кризисе в Москве – с моими комментариями. Текст спрятан за обязательной регистрацией, поэтому изложу главное.

К 2030 году столице понадобится 300 тысяч курьеров. Сейчас их 125 тысяч – на 25 тысяч больше, чем в 2024-м. То есть за четыре года предстоит найти ещё 175 тысяч человек. Заммэра Ликсутов честно признаётся: «Мне сложно представить, откуда они возьмутся». Редкая искренность для чиновника такого уровня – обычно они знают ответы на все вопросы, особенно на те, которые никто не задавал.

И вот он – парадокс постиндустриального общества: чем более цифровой становится экономика, тем острее она нуждается в самом архаичном труде. Алгоритмы предсказывают наши желания, нейросети генерируют тексты и изображения, беспилотники бороздят небо, а доставить заказ по-прежнему может только человек с ногами. Мы построили цифровую надстройку – и обнаружили, что она намертво прикручена к физическому базису.

Прогноз Ликсутова о 300 тысячах курьеров – это не столько экономический расчёт, сколько социальный диагноз. Москва превращается в город, где поход в магазин становится культурным атавизмом, а доставка – базовой инфраструктурой повседневности. Формируется новый общественный договор: горожанин платит не за товар, а за освобождение от необходимости за ним идти. Время стало валютой, курьер – её инкассатором.

Какие решения предлагаются?

Мигранты – логично, работа не требует особой квалификации. Но миграционная политика работает парадоксально. Для традиционных работников с постсоветского пространства – более 25 ограничивающих законов, множество препятствий для въезда и проживания. Для мигрантов из Индии, Пакистана, Северной Кореи, Афганистана, африканских стран – увеличенные квоты и практически бесконтрольный ввоз. Складывается впечатление, что задача – не решить проблему, а продемонстрировать бурную деятельность.

Роботы – 200 штук курсируют по Москве сейчас, обещают 3000 к концу года. Звучит футуристично. Но здесь технооптимизм разбивается о российскую действительность. Робот-курьер беспомощен перед домофоном без кнопки вызова, перед бабушкой, которая хочет расплатиться наличными, перед помятым тортом, по поводу которого надо «решить вопрос». Городская среда создавалась людьми для людей – и она сопротивляется автоматизации на каждом этаже, в каждом подъезде, у каждого шлагбаума.

Отток из ретейла – гипотеза изящная. Офлайн-торговля умирает, бизнес уходит на маркетплейсы, сотрудники перетекают в доставку. Математически сходится: одни рабочие места исчезают, другие появляются. Социально – большой вопрос: готов ли продавец-консультант с пятнадцатилетним стажем крутить педали по московским дворам?

Повышение зарплат – теоретически должно привлечь студентов и безработных. Но есть нюанс: в штате работают лишь около 15% курьеров. Остальные – субъекты платформенной экономики, их доход формируется рыночным путём. Медианная зарплата уже сейчас – 170 тысяч рублей, верхняя планка с бонусами – 320 тысяч. Это не «подработка на каникулах», это полноценная профессия с доходом выше среднего по стране.

Реалистичный сценарий – гибридная модель. Роботы и дроны для «последней мили» до подъезда. Постаматы и пункты выдачи как новые точки социальной гравитации. Живые курьеры – для премиального сегмента «до двери».

Фактически мы увидим новую сегрегацию: кто готов спуститься к постамату – экономит; кто ценит время – платит за человека.

А в перспективе взаимодействие с живым человеком в магазине или доставке станет элементом роскоши. Премиальное потребление XXI века – не вещи, а присутствие другого человека в вашем сервисе. Мы движемся к экономике, где самым дефицитным ресурсом окажется не технология, а человеческое участие.

246

ЛОБОЙКО

18 мая 2026 г., 10:16

📷 Photo

Госдума–2026. «Справедливая Россия»: жизнь на пятипроцентном краю

Есть партии, которые борются за власть. Есть – которые борются за идеи. А есть «Справедливая Россия», которая борется за право продолжать существовать. И у неё, как выясняется, больше шансов, чем кажется.

Цифры: зона турбулентности

В нынешней Думе у «Справедливой России» 28 депутатов (19 по спискам, 8 по округам, плюс присоединение). В 2021-м партия прошла с 7,46%, а на пике, в 2011-м, набирала 13,24% и имела 64 мандата.

Сегодня – тревожно. ВЦИОМ (середина марта 2026): 5,3% – впритык к барьеру. ФОМ: 3%. Сам ВЦИОМ деликатно заметил: «Нет полной уверенности, что пятипроцентный барьер преодолеет самая слабая из парламентских партий. Но шансы сохраняются». Однако 42% россиян «в принципе допускают для себя возможность» голосовать за эсеров – больше, чем у КПРФ и «Новых людей». Партию не ненавидят – её не замечают.

Ребрендинг: сброс балласта

Осенью 2025-го партия вернула историческое название – просто «Справедливая Россия». Институт сопредседателей ликвидирован. Семигин ушёл ещё в 2024-м. Захар Прилепин – человек, ради которого затевалось объединение 2021 года – понижен до заместителя; его жизнь последних лет развивалась по собственной, далёкой от парламентской политики траектории. Объединение не принесло ни голосов, ни энергии, лишь утяжелив название до нечитаемости.

Тройка списка – Сергей Миронов, вице-спикер Александр Бабаков, депутат Яна Лантратова. Миронов – бессменный лидер с 2006 года. Узнаваемость – его единственный ресурс; новизна – антоним его фамилии.

Конструкция Суркова и её износ

Партия создавалась по проекту Владислава Суркова как управляемый канал для протестного электората – не конкурент «Единой России», а спойлер КПРФ. К 2026-му конструкция износилась до дыр. Функцию спойлера эсеры утратили: коммунисты теряют голоса в пользу ЛДПР и «Новых людей», а не СР. Партия стала точной копией «Единой России» – только без административного ресурса. А копия без ресурса не нужна никому.

Региональная сеть на бумаге впечатляет: 196 депутатов в заксобраниях, 116 в гордумах, более четырёх тысяч муниципалов. Но эта инфраструктура формировалась не по идеологическому принципу, а по франшизному: местные политики и предприниматели брали партийный бренд как пропуск в выборные органы. Когда бренд обесценивается, франчайзи уходят.

Почему эсеры всё-таки пройдут

И тем не менее у «Справедливой России» есть неформальные обереги, которые не отражаются ни в каких рейтингах.

Первый – из области, о которой не принято говорить вслух. Скажем так: основатель партии связан с высшими кругами государственной власти узами, которые носят не только политический характер. Эти связи не гарантируют результат, но обеспечивают защиту от полного обнуления.

Второй – международный. Партия сохраняет контакты с левыми движениями по всему миру – от Европы до Латинской Америки. Членство в Социнтерне досталось им от Михаила Горбачева, чья партия когда-то была поглощена партией Миронова. Там, где левые либо у власти, либо представляют серьёзную силу, канал коммуникации через «Справедливую Россию» позволяет вести параллельную дипломатию в обход официальных блокад. Кремль осознаёт ценность этого инструмента и вряд ли позволит ему исчезнуть из парламента.

Третий – арифметический. Восемь побед в округах в 2021-м – больше, чем у ЛДПР и «Новых людей» вместе взятых. Одномандатники – страховка на случай, если списочный результат окажется ниже барьера.

Прогноз

По спискам – 4–6%. Прохождение барьера зависит не от избирателей, а от того, решит ли система сохранить пятипартийную Думу. С высокой вероятностью – решит: пожилого Сергея Миронова с товарищами подключат к аппарату искусственного поддержания парламентской жизни. Итого: 15–22 мандата. Фракция вдвое меньше нынешней, но функциональная – как канал дипломатии и как демонстрация «многопартийности».

Далее – кое-что о малых партиях, которые могут иметь значение…

ЛОБОЙКО

18 мая 2026 г., 10:16

📷 Photo

Госдума–2026 Малые партии: куда уходят голоса тех, кого не слышат

На , где , который получит две трети мест в парламенте, определен, парадоксально важную роль может быть у тех партий, которые остаются за пределами парламента.

Арифметика, которая остаётся «за скобками»

225 думских мандатов распределяются по партийным спискам. Если бы каждый голос считался равным, один мандат стоил бы чуть менее 0,45% – партия с двумя процентами поддержки получала бы четыре-пять кресел. Политические меньшинства были бы представлены в парламенте. Но барьер установлен на уровне 5% – в одиннадцать раз выше математически необходимого. Всё, что ниже, пропадает и перераспределяется в пользу прошедших. Чем больше партий не проходит, тем крупнее бонус для победителей. Главный бенефициар – «Единая Россия»: при 45% голосов она получает не 45% списочных мандатов, а существенно больше, «съедая» долю непрошедших. Это не побочный эффект. Это конструкция.

Много партий – один результат

Двенадцать партий могут выдвигать кандидатов без сбора подписей. Помимо парламентской пятёрки – Партия пенсионеров, «Коммунисты России», «Яблоко», «Зелёные», «Родина», «Гражданская платформа», Партия прямой демократии. Совокупный рейтинг – около 10%. И это без проведения рекламной кампании. Это больше, чем у любой оппозиционной парламентской партии отдельно. Но десять процентов размазаны по семи организациям, и ни одна не приближается к барьеру.

Партия пенсионеров – стабильные 2–3%, в 2021-м не добрала полпроцента до госфинансирования. «Родина» – 1–2% на патриотической волне, но эту нишу монополизировала «Единая Россия» с «ястребиной» пятёркой (часть 2). «Коммунисты России» – спойлер КПРФ, путающий избирателя самим названием. Остальные – статистический шум.

Каждая проведёт агитацию. Каждая привлечёт часть уставших. Каждая наберёт по чуть-чуть. А дальше – арифметика: голоса, отданные «против» действующих, через перераспределение по системе Империале станут голосами «за» них. Избиратель голосует за маленькую партию в знак протеста – а его голос усиливает парламентское большинство.

«Яблоко»: единственная строчка в бюллетене

И здесь – самый парадоксальный сюжет кампании. Ранее мы говорили, что слон, поселившийся в российской политической комнате в феврале 2022 года, лишил протестной функции: обе партии поддержали самое спорное решение эпохи. Что «» не закрывают демократическую нишу (и это признаёт сама АП). Но если ниша открыта – кто в ней?

«Яблоко». Партия, набравшая 1,34% в 2021-м. Партия, 58 членов которой оштрафованы, 11 побывали под арестом, против 13 – уголовные дела, в пяти офисах прошли обыски. Руководитель партии Николай Рыбаков оштрафован по статье, формально запрещающей участие в выборах.

И при этом – единственная из двадцати зарегистрированных партий, открыто назвавшая главное. В декабре 2025-го партия официально заявила: её позиция о необходимости скорейшего прекращения огня «разделяется большинством российского общества, но её не поддерживает ни одна из других партий». Для избирателя, ищущего альтернативу по главной линии разлома, в бюллетене – ровно одна строчка. Строчка, которую будут глушить всеми доступными средствами.

И здесь замыкается круг. Голоса за «Яблоко» не преодолеют барьер – и через перераспределение достанутся тем, кто голосовал за всё противоположное. Система спроектирована так, что даже антивоенное голосование арифметически усиливает статус-кво.

Прогноз

«Яблоку» не дадут набрать более – 1–3%. Пенсионеры – 2–3%. «Родина» – 1–2%. Суммарно малые партии заберут 8–12%, которые через перераспределение добавят парламентским партиям 10–15 мандатов. Большую часть – «Единой России». Пятипроцентный барьер – не фильтр качества. Это клапан, пропускающий крупных и превращающий протест остальных в топливо для системы.

ЛОБОЙКО

18 мая 2026 г., 10:16

📷 Photo

Госдума–2026 Часть 4. «Новые люди»: рекордный рейтинг и один нюанс

Партия, которой нет и шести лет, впервые вышла на второе место в рейтинге ВЦИОМ – 10,7%, обогнав и КПРФ, и ЛДПР. Символ партии – слон. Большое, заметное животное. Поместится ли этот слон в одномандатных округах?

Цифры: один рейтинг – три реальности

В нынешней Думе у «Новых людей» 15 депутатов. Изначально – 13, все по спискам, ни одной победы в округах. Позже к фракции присоединились одномандатники Олег Леонов и Дмитрий Певцов – вероятно, именно на этих персон партия рассчитывает, говоря о планах взять один-три округа в 2026-м.

Рейтинги рисуют три разные картины. ВЦИОМ (середина марта 2026): 10,7% – исторический рекорд. Левада-центр (февраль): 6% от определившихся. ФОМ: 4–5%. Разброс двукратный. По одним замерам партия – вторая сила в стране, по другим – балансирует у проходного барьера.

Объяснений два. ВЦИОМ ведёт телефонные опросы, которые лучше «ловят» молодую городскую аудиторию – ядро «Новых людей». Левада и ФОМ опрашивают на дому, где отвечают чаще пенсионеры. Но есть и другая гипотеза: когда государственный социологический центр за полгода до выборов рисует рекордный рост партии, о которой давно говорят как о кремлёвском проекте, – это может быть не столько измерением реальности, сколько её формированием.

Съезд и тройка

Шестой съезд прошёл 5 марта в Петербурге – впервые за пределами Москвы. Тройка списка: основатель Алексей Нечаев, вице-спикер Госдумы Владислав Даванков и бывший мэр Якутска Сардана Авксентьева. Программа – «год без запретов», «умное регулирование интернета», борьба с избыточными штрафами и ограничениями. Красиво звучит в формате манифеста, но рассыпается при первом контакте с реальностью, в которой запреты – не ошибка системы, а её принцип работы.

Даванков – главный актив партии: президентская кампания 2024-го (3,85%, третье место, впереди Слуцкого) и кампания за пост мэра Москвы дали узнаваемость. Авксентьева – редкий в российской политике типаж антиистеблишментного чиновника. Но по данным «Коммерсанта», думские планы Даванкова могут быть скорректированы: он окончил «школу губернаторов», и ему могут предложить регион.

Партия без земли – но с шансом

Главная проблема «Новых людей» – отсутствие территориальных корней. КПРФ при тех же 9–10% берёт 7–12 округов, потому что за ней десятилетия ячеек и узнаваемых местных фигур.

Но если посмотреть на карту, шанс есть – и он в крупных городах с протестным потенциалом. Петербург, Екатеринбург, Новосибирск, Хабаровск, Самара с Тольятти – города, где концентрация молодого городского электората максимальна, а усталость от привычных партий ощутима. В каждом из этих городов найдутся лидеры мнений – предприниматели, общественники, медийные фигуры, – которые при должной раскрутке способны побороться за мандат. Но кадровый голод – обратная сторона молодости.

Справедливости ради: даже обновление эстетики в сложившемся политическом пейзаже – уже достижение. На фоне восьмого съезда Зюганова и форумов ЛДПР памяти Жириновского съезд «Новых людей» в петербургском лофте выглядит как весточка из другой эпохи. Вопрос в том, достаточно ли эстетики для парламентского представительства.

Слон в нише

Чиновник АП Харичев отмечал, что «демократическая ниша» не закрыта – «Новые люди» покрывают её лишь частично. Партия позиционирует себя как голос нормальности, но в главном вопросе эпохи ведёт себя ровно как остальные парламентские силы: поддерживает и не обсуждает. Для избирателя, ищущего альтернативу именно по этой линии, партия-слон оказывается, увы, не крупнее мыши.

Прогноз

По спискам – 7–10%, это 16–22 мандата. Одномандатных – одна–три победы в лучшем случае, как и заявляют. Итого: фракция в 18–25 человек. Оптимистично: вдвое больше нынешней – но четвёртая или пятая, а не вторая. Рекордный рейтинг ВЦИОМ останется на бумаге. Потолок списочной партии пробить без земли невозможно – но если «Новые люди» всерьёз вложатся в крупные города, следующий цикл может стать для них действительно прорывным.

Далее про «СР» на пятипроцентном краю…

ЛОБОЙКО

18 мая 2026 г., 10:16

📷 Photo

Госдума–2026 Часть 2. «Единая Россия»: как 30% превращаются в конституционное большинство

Партия, за которую готовы проголосовать около трети граждан, стабильно получает более двух третей мест в парламенте. Это не аномалия. Это конструкция – и в 2026 году она сработает снова.

Рейтинг падает – и это не важно

Сегодня в Госдуме у «Единой России» 324 мандата из 450: 126 по спискам и 198 по одномандатным округам. Рейтинг при этом снижается второй год. ВЦИОМ (9–15 марта 2026) – 30,6%; в начале 2024-го было 43,7%. Левада-центр (февраль 2026) – 36% от всех ответивших, минус 12 пунктов за два года. ФОМ – те же 36%.

Но рейтинг и результат выборов – величины, связанные не арифметикой, а политической технологией. В 2021 году партия взяла 198 из 225 одномандатных округов – 88%. Когда в каждом округе есть кандидат с поддержкой губернатора, с телевизором и с заранее отфильтрованным конкурентным полем, для победы по относительному большинству достаточно и 30%.

«Ястребиная» пятёрка

Базовый вариант федеральной пятёрки списка – сигнал о характере кампании. По предварительным данным, её возглавит Дмитрий Медведев (впервые с 2016-го), далее – Сергей Лавров, военкор Евгений Поддубный, участник СВО Владислав Головин (оба – Герои России) и врач Марьяна Лысенко (Герой труда). Список уже называют «ястребиным»: специальная военная операция, вероятнее всего, к сентябрю не завершится, и партия строит кампанию вокруг повестки безопасности. Праймериз стартовали 11 марта; среди заявившихся – ветераны СВО, которые призваны заменить «неэффективных» действующих депутатов.

Два (как минимум) региона, за которыми стоит следить

В Самарской области молодой губернатор Вячеслав Федорищев, назначенный из Тулы в 2024-м, ведёт открытую войну с местными элитами. В декабре 2025-го он отправил в отставку всё правительство региона, заменив «местных» на варягов. Ключевой конфликт – с владельцами группы «Волгопромгаз», которые десятилетиями определяли кадровую политику области. Но далеко не только с ними. Федорищев увольняет глав районов, привлекает внешних управленцев и открыто конфликтует с местными бизнес-группами. Кандидаты, которые заявились на праймериз, представляют в основном группы оппонентов губернатора. В сентябре здесь одновременно пройдут выборы в Госдуму и в Губернскую думу – и вопрос в том, сумеет ли варяг-губернатор конвертировать аппаратную зачистку в электоральный результат для ЕР, или расколотые элиты начнут играть против.

В Вологодской области проблемы иного рода: противостояние нового губернатора с местными элитами создаёт напряжение, которое «Единая Россия» привыкла не допускать. Партия сама включила Вологду в число шести «сложных» регионов наряду с Чувашией, Самарской, Свердловской, Томской и Орловской областями.

Почему конституционное большинство будет сохранено

Разрыв между 30% рейтинга и необходимыми 60% результата закроют несколько инструментов.

Первый – одномандатная машина: даже с потерями в «сложных» регионах партия возьмёт не менее 180 округов из 225, просто потому что в большинстве из них у неё нет реальных и ресурсных конкурентов.

Второй – трёхдневное голосование. Три дня – это ещё и две ночи, в течение которых бюллетени хранятся на участках. Независимое наблюдение, и без того ослабленное в последние годы, не способно обеспечить контроль в режиме 72 часов. Видеонаблюдение, позволявшее анализировать записи постфактум, поэтапно свёрнуто. Дистанционное электронное голосование, механизм проверки которого остаётся непрозрачным, добавит голосов там, где это будет необходимо, – московский опыт 2021 года, который был упомянут в первой части, показателен.

Третий – мобилизация бюджетников и сотрудников госкорпораций, которая давно перестала быть секретом и стала рутиной.

Мой прогноз: по спискам – 45–50%, по округам – 180–190 побед. Итого 280–320 мандатов. Конституционное большинство будет сохранено – при необходимости за счёт присоединения к фракции самовыдвиженцев. Но впервые этот результат будет обеспечен не поддержкой общества, а исключительно инфраструктурой контроля.

Завтра – про КПРФ и ЛДПР

ЛОБОЙКО

18 мая 2026 г., 10:16

📷 Photo

Госдума–2026 Часть 3. КПРФ и ЛДПР: две партии, которые борются за одно «серебро»

Самая интригующая битва кампании-2026 разворачивается не между властью и оппозицией, а внутри самой оппозиции. КПРФ и ЛДПР – два сообщающихся сосуда: один теряет, другой подбирает. И впервые за тридцать лет непонятно, кто из них второй.

Цифры: паритет в пределах погрешности

Сейчас у КПРФ 57 мандатов (48 по спискам, 9 по округам), у ЛДПР – 21 (19 по спискам, всего 2 по округам). Разница трёхкратная. Но рейтинги рисуют другую картину. ВЦИОМ (середина марта 2026): ЛДПР – 9,7%, КПРФ – 9,2%. Левада-центр (февраль): КПРФ – 14%, ЛДПР – 13% (от определившихся). ФОМ: КПРФ – 10%, ЛДПР – 8%. Чиновник АП Александр Харичев на конгрессе политконсультантов ёмко: партии «идут ноздря в ноздрю».

Слон, которого никто не замечает

Прежде чем разбирать их позиции, стоит обратить внимание наобщую для обеих партий фундаментальную проблему. Обе десятилетиями жили за счёт протестного электората – людей, которые голосовали «против» через единственный доступный канал. С февраля 2022 года в российской политической комнате поселился слон, которого все видят и никто не обсуждает. И КПРФ, и ЛДПР безоговорочно поддержали самое спорное решение власти за всё постсоветское время. Для избирателя, который ищет альтернативу, обе партии стали неотличимы от «Единой России» в главном вопросе. Протестная энергия не исчезла – она просто ушла туда, где её пока некому собрать. В непарламентское пространство…

КПРФ: ритуал вместо обновления

Коммунисты идут на выборы с т.н. «Программой победы», содержание которой неотличимо от любого съезда последних двадцати лет: национализация, возврат имени Сталинград, памятник Дзержинскому на Лубянке… В 2026 году продавать риторику тридцатилетней давности – занятие, требующее отваги.

Кадровый тупик ещё нагляднее. 81-летний Зюганов возглавит список в восьмой раз. Внук лидера Леонид Зюганов – депутат Мосгордумы – публично отказался идти в Госдуму, сославшись на нежелание терять столичный мандат. Писатель Сергей Шаргунов, одно из немногих узнаваемых лиц фракции, скорее всего тоже не пойдёт. Молодые левые избиратели в стране есть – но внятного аргумента голосовать за Зюганова для них не существует.

Зато у КПРФ есть инфраструктура в округах. Девять одномандатных побед в 2021-м (против двух у ЛДПР) – это наследие десятилетий присутствия на местах. В Новосибирской области партия уже выдвинула кандидатов, включая действующего депутата Рената Сулейманова. Хакасия с «красным» губернатором Коноваловым, Приморье с традиционным протестным голосованием, Орловская область с губернатором-коммунистом Клычковым – территории, где бренд КПРФ конвертируется в мандаты.

ЛДПР: удобная пустота

ЛДПР после смерти Жириновского в 2022 году – партия, утратившая единственный смысл своего существования. Леонид Слуцкий – функциональный лидер с неоднозначной репутацией, за которым тянется шлейф публичных неполитических скандалов. На президентских выборах 2024 года он набрал 3,2%.

Идеологическая пустота, впрочем, делает ЛДПР удобной для Кремля – партию с антимиграционной повесткой и лозунгом «Россия больше, чем Москва» проще модерировать, чем левую риторику КПРФ с требованиями национализации. Партия заявляет 500 кандидатов и амбицию стать второй фракцией. Но упомянутый ранее Харичев точно указал на больное место: у либерал-демократов нет ярких одномандатников. Впрочем, ярких людей в этой партии должен опасаться в первую очередь сам её нынешний лидер.

Прогноз

По спискам ЛДПР и КПРФ финишируют рядом – 8–12% каждая. Но фракции определят округа. КПРФ возьмёт 7–12 одномандатных мандатов за счёт инфраструктуры. ЛДПР – 2–5 максимум. Даже обогнав коммунистов по спискам, либерал-демократы останутся третьей фракцией: 25–35 мандатов против 40–50 у КПРФ. Серебро рейтингов и серебро парламента – как мы выяснили в первой части –совершенно разные вещи.

Далее – «Новые люди»: рекордный рейтинг, но... есть нюанс

ЛОБОЙКО

18 мая 2026 г., 10:16

📷 Photo

Госдума–2026 Часть 1. Общая картина: почему рейтинги врут

По данным ВЦИОМ на середину марта, «Новые люди» впервые в истории замеров вышли на второе место в партийном рейтинге – 10,7%. Обогнали и КПРФ (9,2%), и ЛДПР (9,7%). Кто-то уже называет это «сенсацией», кто-то оспаривает результаты опросов. Проблема в том, что эта сенсация мало что значит для будущего состава Государственной Думы. И чтобы понять почему, достаточно довольно простого разбора.

Как устроена нынешняя Дума

Госдума VIII созыва, избранная в сентябре 2021 года, формировалась по смешанной системе: 225 мандатов по партийным спискам и 225 по одномандатным округам. Вот как распределились места (данные ЦИК):

«Единая Россия»: 126 по спискам + 198 по округам = 324
КПРФ: 48 + 9 = 57
«Справедливая Россия»: 19 + 8 = 27
ЛДПР: 19 + 2 = 21
«Новые люди»: 13 + 0 = 13

Обратите внимание: «Единая Россия» получила по спискам 126 мандатов – чуть больше половины от 225. Приличный, но отнюдь не подавляющий результат. Конституционное большинство в 324 кресла обеспечили 198 побед в одномандатных округах – 88% от всех 225. Именно округа превращают партию с рейтингом в 30% в хозяина парламента.

У «Новых людей» в этом столбце – ноль. Все 13 депутатов прошли исключительно по спискам. Ни одной победы в округах.

Чему учит опыт Москвы

Одномандатная арифметика – не абстракция. Она ощущается буквально. В 2021 году в Москве до подсчёта электронных голосов кандидаты от оппозиции лидировали в девяти из пятнадцати столичных округов. После ввода результатов ДЭГ в систему «ГАС-Выборы» ситуация развернулась: в итоге «Единая Россия» и поддержанные мэрией кандидаты победили в одиннадцати округах. В Кунцевском округе телеведущий Евгений Попов обошёл кандидата от КПРФ Михаила Лобанова, который лидировал по «бумажным» бюллетеням. Мэр Сергей Собянин тогда открыто поблагодарил избирателей за поддержку «списка Собянина».

А в Чечне «Единая Россия» набрала по спискам 96%. Примерно в тех же цифрах – по всему Северному Кавказу. В Приморье, напротив, КПРФ получила 31% – и это стало возможным, потому что у коммунистов там есть инфраструктура, узнаваемые кандидаты и протестная повестка.

Три социологии – три реальности

Ещё одна ловушка: разные социологические центры рисуют разные картины мира. По данным ВЦИОМ (9–15 марта 2026), «Новые люди» – 10,7%. По данным Левада-центра (февраль 2026) – 6%. По данным ФОМ – 4–5%. Расхождение двукратное. У «Единой России» ВЦИОМ показывает 30,6%, Левада – 36% (от всех ответивших) или 51% (от определившихся), ФОМ – 36%.
Это не просто методология. ВЦИОМ – телефонные опросы, которые лучше «ловят» молодую аудиторию. Левада и ФОМ – личные интервью на дому, где респонденты чаще дают социально одобряемые ответы. Но есть и другая гипотеза: когда государственный социологический центр за полгода до выборов рисует рекордный рост партии, которую считают проектом внутриполитического блока Кремля, – это не столько измерение реальности, сколько её конструирование.

Что это значит для сентября

Выборы в Госдуму IX созыва пройдут в сентябре 2026 года. Система та же: 225 мандатов по спискам, 225 по округам. Это значит, что партия с рейтингом в 10% по спискам может получить примерно 22–23 мандата из 225. Без одномандатников это – четвёртая или пятая фракция. А партия с рейтингом в 30%, но с двумя сотнями побед в округах – снова получит конституционное большинство.

Рейтинги показывают настроения. Мандаты – инфраструктуру, административный ресурс, способность выиграть конкретную гонку в конкретном районе. Это разные валюты, и обменный курс между ними – главная тайна предстоящих выборов.

Завтра часть 2 – про «Единую Россию»...

ЛОБОЙКО

18 мая 2026 г., 10:16

https://regcomment.ru/analytics/kislov-vyhodit-koshelev-zahodit-logika-senatorskoj-zameny-v-samare/ Кислов выходит, Кошелев заходит: логика сенаторской замены в Самаре

Совет Федерации давно превратился в то, чем аэропорт является для пассажиров с пересадкой: место, где можно переждать между рейсами, оставаясь при этом в системе. Новости о возможном уходе сенатора от Самарской области Андрея Кислова и приходе в сенат вместо него Владимира Кошелева — не сюрприз и не революция. Это предсказуемая ротация, где правила написаны не на бумаге.

Лобойко Дмитрий, политолог, руководитель Центра «Региональные исследования»:

➖ Андрей Кислов — политический долгожитель. Двадцать четыре года в Самарской губернской думе — с 1997-го по 2021-й, когда коллеги делегировали его в Совет Федерации. Такие карьеры не случаются сами по себе: за ними стоят устойчивые сети покровительства. В данном случае имя одной из таких сетей хорошо известно — ассоциация делового сотрудничества «ВолгаПромГаз», где Кислов был одним из основателей вместе с Владимиром Аветисяном.

Аветисян — это отдельная история. Губернатор Вячеслав Федорищев публично причислил его к числу своих оппонентов. Логика дальнейшего предсказуема: если твой давний партнер стал persona non grata для действующей власти, политическое будущее требует либо публичного дистанцирования, либо тихого выхода.

Озвучивается информация, что на прошлой неделе Кислову была предложена встреча с кураторами региональных выборов, где его попросили вновь баллотироваться в губдуму, но уже не в родном округе, где он побеждал много лет подряд, а на чужой территории. Гарантий сенаторства на новый срок в этот пакет, судя по всему, не вошло.Законодатель с тридцатилетним стажем предпочел завершить карьеру достойно. По сути, это был вежливый способ сказать «спасибо за службу».

Владимир Кошелев — депутат Госдумы от ЛДПР и руководитель самарского отделения партии, а также крупный застройщик, возведший в окрестностях Самары целые микрорайоны под собственным именем: «Кошелев-Парк» и «Кошелев-Проект».

Переизбрание в Госдуму превращается для него в нерешаемое уравнение: ЛДПР в Самарской области исторически не добирает до мандата по спискам, а федеральная квота на победы оппозиции в одномандатных округах, по имеющимся данным, для партии составляет два места на всю страну — и Самара туда явно не входит. В федеральном списке партия его сейчас не видит.Совет Федерации — принципиально другая математика. Сенатором от регионального заксобрания можно стать, выиграв место в губдуме и заручившись поддержкой правительства и федерального руководства СФ. Место в губдуме по списку ЛДПР — почти гарантия: партия стабильно проходит в региональный парламент на протяжении всех созывов.

Если верить источникам, соответствующая договоренность уже достигнута — причем, как говорят очевидцы, в отеле, принадлежащем самому Кошелеву, что придает переговорам определенное изящество.

Косвенным подтверждением серьезности намерений служит единственная существенная поправка к новой нарезке избирательных округов: в Красноглинский округ № 13 вошли те самые кошелевские микрорайоны, которые прежде оказывались разбросаны по разным округам.

Округ, «сшитый» из собственных кварталов, где живут твои покупатели, где работают твои управляющие компании, а в участковых избирательных комиссиях — твои люди от разных партий, — это уже не политтехнология, это почти муниципальная поэзия.Региону эти изменения ничего не дадут. Совет Федерации в нынешней конфигурации — орган скорее символический, нежели функциональный. Реальный вес сенатора определяется не мандатом, а связями.

С этой точки зрения Кошелев — фигура ресурсная: строительный бизнес, партийные контакты, федеральный лоббистский потенциал. И потенциал этот будет направлен скорее на решение проблем бизнеса Кошелева и, например, бизнеса его тестя.

#Аналитика

https://t.me/politolog_Orlov ➡️ ПолитологОрлов https://max.ru/politolog_Orlov https://vk.com/apecom https://dzen.ru/politolog_orlov

ЛОБОЙКО

18 мая 2026 г., 10:16

📷 Photo

Конституция на руинах: к 23-летию чеченского референдума

23 марта 2003 года в Чечне прошёл конституционный референдум. Официальные итоги: явка – 88%, поддержка новой конституции – 95,97%. Для территории, где шли боевые действия, а половина Грозного лежала в руинах, цифры выглядели так убедительно, что удивили даже Кремль. Путин признался, что результат превзошёл ожидания.

Обстоятельства голосования заслуживают отдельного внимания. Десятки тысяч чеченских беженцев в Ингушетии не были включены в списки избирателей. Зато туда попали около 36 тысяч российских военнослужащих. ПАСЕ и ОБСЕ выразили сомнения в легитимности. Международные наблюдатели и журналисты фиксировали расхождение между официальными данными о «беспрецедентной явке» и реальной картиной на избирательных участках. У руин Грозненского драмтеатра 300 человек вышли на протест – акт гражданского мужества, который никак не повлиял на результат.

Для федерального центра референдум был элементом стратегии «чеченизации»: передать управление лояльным элитам, юридически закрыть вопрос о территориальной целостности, перевести вооружённое сопротивление из политической плоскости в уголовную. Конституция закрепляла президентскую модель – хотя для клановой структуры чеченского общества парламентская была бы органичнее. Но парламент предполагает консенсус, а Кремлю нужна была одна контролируемая точка входа.

Эту точку создали. Конституция, как тогда отмечали аналитики, писалась под руководством главы администрации – и под него лично. Через полгода он предсказуемо стал президентом. После его гибели в 2004-м власть фактически перешла к сыну, который возглавляет республику с 2007 года – почти 19 лет, абсолютный рекорд среди действующих глав регионов России. В 2007-м по итогам референдума из конституции убрали ограничение на число сроков, а полномочия главы продлили с четырёх до пяти лет. На последних выборах в 2021-м – 99,7% при явке 94,42%. В 2023-м в конституцию внесли поправку: должность главы на чеченском языке теперь звучит как «Мехк-Да» – буквально «отец страны», хотя официально это, разумеется, трактуют скромнее. Скромность, как известно, украшает.

А теперь – цифры. В 2024 году 92% расходов всех бюджетов на территории Чечни профинансированы из федерального бюджета. Безвозмездные перечисления составляют около 79% доходов регионального бюджета. В 2025-м республика получит 53,6 млрд рублей дотаций – в 15 раз больше, чем Курская область, при разнице в населении всего в полтора раза. На каждого жителя Чечни приходится в десять раз больше федеральных дотаций, чем на жителя Курской области. Глава республики в 2022-м оценил совокупное содержание региона в 300 млрд рублей ежегодно. Это не субъект федерации – это франшиза с особыми условиями лицензионного соглашения.

Регион, который по замыслу конституции должен был стать «равноправным субъектом», стал чем угодно, только не равноправным и не типичным. В типичном субъекте губернаторы сменяются. Региональный лидер – один из восьмидесяти с лишним управленцев, отвечающих за дороги, школы и бюджет. В типичном субъекте не вводят для главы титул «Отец страны» и не назначают несовершеннолетнего сына секретарём Совета безопасности. В типичном субъекте конституция ограничивает власть, а не декорирует её.

Наблюдатель от ОБСЕ сказал в 2003-м: конституция несовершенна, но если она запустит процесс замены власти оружия властью закона – это будет успех. Двадцать два года спустя можно констатировать: оружие заменили не законом, а лояльностью. Это разные вещи.

И здесь есть урок, выходящий далеко за пределы одной республики. Законы, принятые в чрезвычайных обстоятельствах, имеют свойство переживать эти обстоятельства – но не свойство создавать нормальность. Чрезвычайность, однажды институционализированная, начинает воспроизводить себя как норму. Исключения, оформленные конституционно, перестают быть исключениями – они становятся системой. И если кто-то думает, что чеченский случай уникален, – стоит внимательнее присмотреться к тому, сколько важных решений последних лет было принято именно в «особых условиях».

ЛОБОЙКО

18 мая 2026 г., 10:16

📷 Photo

Кошка на коврике, или Зачем смотреть лауреата «Оскара» глазами чужих

Документальный фильм «Господин Никто против Путина» Павла Таланкина и Дэвида Боренштейна собрал коллекцию наград, которой позавидовал бы любой голливудский продюсер: специальный приз «Сандэнса», датский «Роберт», BAFTA и, наконец, «Оскар» за лучший документальный фильм. Сто процентов одобрения на Rotten Tomatoes. Показы от Гётеборга до Сеула. Западная критика в восторге.

Я посмотрел фильм и не испытал ничего, кроме лёгкого недоумения. Добротный телерепортаж, растянутый до полного метра. Школьные линейки, патриотические уроки, чиновничья риторика – всё узнаваемо, всё привычно, всё давно описано и отрефлексировано. Судя по реакциям в русскоязычном сегменте, я далеко не одинок. Украинские комментаторы недовольны по другим причинам – у них свой набор претензий к тому, как именно россияне должны высказываться, чтобы это высказывание было легитимным. А западные жюри – в абсолютном восторге.

Списать всё на политическую конъюнктуру не получается. Одна награда на одном фестивале – возможно. Но «Сандэнс», BAFTA и «Оскар» – это три совершенно разных экспертных сообщества с разной оптикой. Значит, фильм и правда работает – но работает не для нас.

В середине 1970-х советский журналист Всеволод Овчинников обедал в Лондоне у англичан, собиравшихся в турне по СССР. Хозяин отвёл его в сторону и смущённо спросил: какого диаметра везти пробку для умывальника? Все, кто бывал в Союзе, предупреждали: горячая вода есть, а раковину заткнуть нечем. Британцу, привыкшему набирать воду в раковину, отсутствие пробки казалось признаком если не бедности, то странной недоделанности. Русскому, привыкшему к струе из-под крана, сама идея пробки была абсурдна. Одна и та же раковина – два непересекающихся мира.

А есть прекрасный пример из лекций философов Джона Сёрля и Хьюберта Дрейфуса из Беркли описан ещё более изящный пример. Антрополог приезжает к аборигенам и узнаёт, что центральный ритуал их культуры связан с «кошкой на коврике». Наблюдать ритуал нельзя – боги покарают за присутствие чужеземца. Антрополог проводит десятки интервью, все респонденты подтверждают: да, кошка сидит на коврике. Он публикует монографию и становится заведующим кафедрой. Но он так и не узнаёт, что «кошка» – это высушенное чучело, балансирующее на хвосте, а «коврик» – циновка, скатанная в трубочку и поставленная на торец. Фраза та же. Практика – радикально другая.

«Господин Никто» – это ровно такой случай. Для русскоязычного зрителя – внутри ли он страны, за её пределами – школьная пропаганда давно стала частью повседневного фона. Не потому, что она незаметна, а потому, что она уже отрефлексирована до состояния общего места. Для западного зрителя – это впервые увиденное изнутри, снятое не журналистом, а участником. Другой фон – другая оптика.

Это, кстати, работает и в обратную сторону. Фильмы Андрея Звягинцева порой кажутся россиянам нарочитыми и искусственными, но за пределами страны они становятся откровением. «Похитители велосипедов» Витторио Де Сики, «400 ударов» Франсуа Трюффо – классика, построенная на материале, который современникам казался слишком обыденным, чтобы стоить внимания.

О «Господине Никто» сказано уже много – политического, эмоционального, этического. Но, кажется, ещё не было сказано социологического. А оно простое: фильм ценен не содержанием кадра, а разницей в расстоянии, с которого этот кадр рассматривается. Иногда полезно посмотреть на себя совсем чужими глазами – может быть, даже враждебными. Не для того, чтобы согласиться. А чтобы увидеть, какой формы пробка отсутствует в вашей раковине.

ЛОБОЙКО

28 мар. 2026 г., 09:53

📷 Photo

Хабермас умер. История разворачивается медленно...

Умер Юрген Хабермас. 96 лет, Штарнберг, рядом с Мюнхеном. Последний великий философ послевоенной Европы – той Европы, которая сделала ставку на разум, коммуникацию и институты вместо крови и почвы.

Я читал его книгу «Эссе к конституции Европы», переведённую на русский в 2013-м, когда учился в аспирантуре Института социологии. Тонкая, почти камерная работа на фоне многотомных «Теории коммуникативного действия» и «Структурного изменения публичной сферы» – но именно она попала в точку. Хабермас писал её в разгар европейского долгового кризиса, когда казалось, что ЕС вот-вот рассыплется под давлением национальных эгоизмов. Он настаивал: проблема не экономическая, а политическая – элиты приватизировали европейский проект, отрезав граждан от реального участия. «Нерешительность политических элит на пороге перехода к транснациональной демократии» – формулировал он с фирменной академической вежливостью, за которой скрывался совершенно беспощадный диагноз.

Эту книгу я читал в стране, где публичная сфера в хабермасовском смысле так и не успела окрепнуть. Парадокс был очевидный: концепция рационального коммуникативного действия, где легитимность власти возникает только через открытый дискурс, обсуждалась в академической среде с искренним интересом – и примерно тогда же этот интерес начинал становиться всё более частным делом.

Хабермас описывал этот тип политической динамики, даже не имея её в виду. Его концепция «системного мира», который колонизирует «жизненный мир» через деньги и власть, применима далеко за пределами западноевропейского контекста. Когда публичная сфера имитируется, а не функционирует, когда коммуникация инструментализируется – губернаторы проводят пресс-конференции, не говоря ничего, эксперты комментируют, не анализируя – Хабермас назвал бы это патологией коммуникативного разума. Причём патологией не уникальной: он наблюдал её варианты по всему миру.

Показательна и история с памятью. Хабермас всю жизнь настаивал: устойчивая коллективная идентичность возможна только через критическое освоение трудного прошлого, а не через его релятивизацию. Это был его личный опыт – в 15 лет увидеть, что жил в «политически преступной системе». Германия этот урок, пусть мучительно и непоследовательно, усвоила. Россия получила собственную версию той же исторической развилки – и пошла по значительно более сложному маршруту. Попытки выстроить критическую культуру памяти – тот же «Мемориал» (получивший Нобелевскую премию мира и признанный в России нежелательной организацией) – существовали и были живыми. Просто оказались институционально хрупкими.

В этом, пожалуй, главный урок Хабермаса для незападного контекста: его проект работает не сам по себе, а только при наличии институтов, которые его удерживают. Философия публичного разума требует публичных институтов – и не может их создать в одиночку. Он диагност, а не демиург.

Он умер в стране, которая его концепцию реализовала – не полностью, не без срывов, но реализовала. Это само по себе редкость в истории политической философии: дожить до того, как твои идеи стали частью работающих институтов. В России его читали, ценили, понимали – и, возможно, ещё будут применять. Когда-нибудь потом. История, как он сам любил напоминать, разворачивается медленно.

ЛОБОЙКО

28 мар. 2026 г., 09:53

https://regcomment.ru/analytics/tehnicheski-nadezhnyj-spiker-v-god-vyborov-melnichenko-nuzhna-podkontrolnaya-gorduma-penzy/: тихая смена спикера: как отставка Соболева перераспределила влияние в пензенской гордуме

После досрочной https://tass.ru/politika/26571857 председателя гордумы Пензы Дениса Соболева на его пост рассматриваются три кандидатуры, https://mediapenza.ru/2026-03-10/vasyanin-koshlakov-suchkov-kto-zajmyot-mesto-predsedatelya-penzenskoj-gordumy/ местные СМИ. Речь идет о ветеране СВО Данииле Кошлакове, депутате Андрее Сучкове и врио председателя гордумы Сергее Васянине. Каждого из них связывают с одной из региональных групп влияния.

Лобойко Дмитрий, политолог, руководитель Центра «Региональные исследования»:

➖ Пензенская гордума лишилась председателя тихо – так, как это принято в системе, где правила ухода неписаные, но строго соблюдаемые. Соболев не явился на прощальную сессию. Его отсутствие красноречивее любого заявления: в управляемой политике не прощаются и не объясняются – просто исчезают с таблички на столе.

Официальная версия – заявление по собственному желанию. Неофициальная циркулирует в форме слуха об угрозе уголовного дела по ст. 286 УК РФ в связи с «Пензгорстройзаказчиком». Дела в СК, однако, не оказалось – и это симптоматично. Уголовное дело нередко выполняет функцию рычага именно в момент ненажатия: его не нужно возбуждать – достаточно, чтобы человек понял сигнал. Денис Соболев, похоже, понял.

Реальная механика ухода, впрочем, шире. Еще в январе 2025-го губернатор Мельниченко лично поручал Соболеву проверить деятельность «Пензгорстройзаказчика» – нетипичный жест, свидетельствующий о том, что председатель думы воспринимался не как союзник, а как инструмент давления на неудобную структуру. Соболев оказался одновременно орудием и мишенью. Когда уход кого-то устраивает всех разом – он происходит быстро.

Выбор преемника столь же красноречив, как и отсутствие Соболева на сессии. Кандидатура Васянина прошла со счетом 26:1 – результат, который означает не выборы, а утверждение согласованного решения. Советник двух губернаторов, победитель «Лидеров России», депутат без публичных скандалов. Идеальный профиль для позиции, которую после Соболева явно хотят видеть технически надежной, а не политически активной.

Два других кандидата представляют логику номенклатурного воспроизводства через патрональные и родственные сети. Андрей Сучков – зять Анатолия Русеева, пензенского политического тяжеловеса 1990-х, который в свое время выстроил семейную депутатскую конструкцию: в думу одновременно прошли он сам, его сын и зять. Сучков неизменно переизбирается по своему округу с 2004 года – 22 года непрерывного стажа. Сегодня его прикрывает председатель Заксобрания Супиков. Серьезный ресурс, но консенсус по Васянину формировался на более высоких этажах.

Даниил Кошлаков – молодой офицер-ветеран СВО с ресурсом символическим, но не политическим. Его реальный покровитель – гендиректор АО «Пензгорстройзаказчик» Иван Николаев, чья фигура только что стала эпицентром скандала, повлекшего отставку Соболева. Продвигать Кошлакова – значит воспроизводить именно ту сеть, которую система только что публично дезавуировала. Неудивительно, что кандидатура не прошла согласование.

Теперь о скрытом измерении, которое важнее персональных перестановок. Открытого конфликта между думой и губернатором нет – у городского представительного органа нет для этого инструментов. Но латентное напряжение фиксируется. Губернатор Олег Мельниченко, чьи полномочия истекают в сентябре 2026-го, хочет войти в предвыборный период с подконтрольной думой. Назначение врио из людей с прямыми связями в региональной исполнительной власти – это не конфликт, а поглощение.

Все три кандидата – члены «Единой России». Никакой межпартийной конкуренции. Есть конкуренция патрональных сетей внутри одной партии – что и является сегодня основной формой политической борьбы в регионах. Сучков сидит в думе 22 года, скажем мягко, благодаря тестю. Кошлаков попал туда благодаря тренеру по самбо. Васянин строил карьеру через губернаторские кабинеты. Новая постсоветская номенклатура воспроизводит себя – без идеологии, без политической субъектности, но с безупречно отлаженным механизмом самовоспроизводства.

#Аналитика

https://t.me/politolog_Orlov ➡️ ПолитологОрлов https://max.ru/politolog_Orlov https://vk.com/apecom https://dzen.ru/politolog_orlov

ЛОБОЙКО

28 мар. 2026 г., 09:53

https://regcomment.ru/analytics/s-takim-kadrovym-defitsitom-v-mvd-regionalnym-vlastyam-nuzhno-vkladyvat-dengi-v-umnye-kamery-a-ne-v-ocherednoj-proekt-pod-vybory/: с таким дефицитом кадров в МВД региональным властям нужно вкладывать деньги в умные камеры, а не в выборы

Личный состав МВД России работает на пределе возможностей из-за высокой нагрузки, https://dzen.ru/a/aZcohNSrMzjM21Ge?ysclid=mm20val2gy646559906 министр внутренних дел Владимир Колокольцев. Причина – дефицит кадров. По словам главы МВД, в прошлом году уволились 80 тыс. сотрудников. Это на 7% выше, чем в 2024-м. Людей уходит больше, чем поступает на службу.

, политолог, руководитель Центра «Региональные исследования»:

МВД испытывает дефицит конкретных функций – тех, которые обслуживают рядового гражданина. Дефицит будет нарастать. Часть личного состава ушла на СВО. Уровень зарплат не конкурирует ни с рынком труда, ни с выплатами контрактникам. Очередь на жилье растянулась на десятилетие. В такой системе координат профессия теряет не только людей, но и статус, а вместе со статусом и качество тех, кто все же приходит. Проблема не только в количестве, но и в качестве. Государство, которое не может конкурировать за лучших, получает тех, кто остался.

На этом фоне регулярно всплывает идея компенсировать нехватку полиции казачьими формированиями. Рассчитывать на казаков в охране общественного порядка можно примерно в той же степени, что на толкиенистов или клубы исторической реконструкции: энтузиазм есть, функция сомнительна. Казачьи структуры – это механизм поддержания лояльных группировок, а не инструмент правопорядка.

Единственное направление, где региональные власти могут реально что-то изменить без федерального разрешения, – технологическое. Оснастить входы в подъезды многоквартирных домов, детские площадки, зоны у школ умными камерами технически реально и относительно дешево в сравнении с содержанием личного состава. ИИ-маршрутизация патрулей на основе исторических данных о вызовах и инцидентах позволяет многократно повысить эффективность немногочисленных экипажей. Меньше людей делают больше при правильно выстроенной инфраструктуре. Вопрос в политической воле регионального руководства инвестировать в это, а не в очередной ситуативный проект под выборы.

Отдельного разговора заслуживает безопасность учебных заведений. Здесь абсурд достигает концентрации, которую трудно игнорировать. Типичная картина по стране: пенсионер в форме, вахтерша с тревожной кнопкой неизвестного назначения и металлодетектор, который давно никто не включает.

Избирательная кампания – период повышенной публичной активности: агитация, массовые мероприятия, присутствие на участках. При некомплекте в объеме 25–40% обеспечение порядка в период кампании ляжет дополнительной нагрузкой на и без того истощенный личный состав. Региональные администрации окажутся перед выбором: перераспределять ресурс из оголенных подразделений или решать задачу через структуры, для этого не предназначенные. С учетом того что для политически приоритетных задач ресурс в системе МВД обнаруживается стабильно, нетрудно предположить, чем это закончится для рядового гражданина в период кампании.

Дефицит в МВД оказался избирательным: меньше стало той полиции, которая защищает граждан, а той, которая защищает власть от граждан, не убыло. Технологии дают регионам реальный инструмент частично компенсировать этот вакуум, но только если рассматривать их как инфраструктурный приоритет, а не как декорацию к очередному отчету. Ждать восстановления штатной численности МВД при нынешних условиях – стратегия с очень неочевидными перспективами. Это задача на годы.

#Аналитика

https://t.me/politolog_Orlov ➡️ ПолитологОрлов / https://max.ru/politolog_Orlov

ЛОБОЙКО

28 мар. 2026 г., 09:53

https://regcomment.ru/analytics/samarskaya-oblast-redkij-primer-regiona-gde-upravlencheskij-krizis-i-upravlenie-krizisom-ochen-pohozhi/: Самарская область – редкий пример региона, где управленческий кризис и управление кризисом очень похожи

Реформа правительства Самарской области, о которой губернатор Вячеслав Федорищев объявил в августе прошлого года, https://www.kommersant.ru/doc/8442140?from=glavnoe_63_1. После назначения главы областного правительства и замгубернатора в декабре 2025-го еще трое заместителей губернатора так и остались работать с приставкой «и. о.», процесс переформатирования правительства поставлен на паузу. Напомним, что бывший глава правительства региона Михаил Смирнов, ушедший в отставку в конце прошлого года, https://regcomment.ru/analytics/proshhalnyj-post-samarskogo-eks-premera-govorit-o-tom-chto-on-ne-sobiraetsya-vozvrashhatsya-vo-vlast-ili-v-politiku/ ситуацию в регионе управленческим кризисом.

, политолог, руководитель Центра «Региональные исследования»:

➖ Назвать происходящее в правительстве Самарской области управленческим кризисом – значит сказать правду, но не всю. Парадокс ситуации заключается в том, что кризис и инструмент управления здесь практически неотличимы друг от друга.

Начнем с очевидного. Три заместителя губернатора два месяца работают в статусе врио. Зампред, возглавлявший Минцифры (Сергей Одобеску), уходит после восьми недель работы. Реформа, анонсированная с большой помпой, буксует на согласованиях. Если смотреть на это как на административную задачу, картина выглядит удручающе.

Но губернатор Вячеслав Федорищев – это не только администратор, он еще и политический игрок, действующий в среде, которая его не ждала и не особенно ему рада. Региональные элиты – это не чистый лист. Это сложившиеся сети интересов, финансовые потоки, аппаратные коалиции. В такой среде полностью оформленная команда с четкими полномочиями – не актив, а угроза: она мгновенно встраивается в существующие связи и начинает играть по своим правилам.

Именно здесь приставка «врио» приобретает совершенно другой смысл. Временно исполняющий обязанности – это человек без тыла, без устойчивой позиции, без ресурса для автономного маневра. Он зависим. А зависимый чиновник управляем значительно лучше, чем назначенный в установленном порядке. Так что вопрос, почему губернатор не согласует замов с думой, имеет очень простой ответ: потому что ему так удобнее.

Нестабильность давно стала операционной нормой российского регионального управления. Как только фигура обретает окончательный институциональный статус, она начинает действовать в собственных интересах – это железный закон бюрократии. Держать часть команды в подвешенном состоянии – значит сохранять мобильность. Это не хаос. Это определенная стратегия работы с неопределенностью.

Другое дело, что стратегия имеет цену. Одобеску ушел через два месяца – и это симптоматично. Профессионалы, у которых есть выбор, не задерживаются там, где правила меняются быстрее, чем успеваешь к ним адаптироваться. Кадровый рынок не бесконечен, и репутация работодателя формируется быстро. Если посмотреть на Самару в целом – схожие проблемы с удержанием команды наблюдаются и в городской администрации, хотя Федорищев и Носков представляют разные столичные группы влияния. Проблема, судя по всему, структурная, а не личностная.

Что будет дальше? Текучка кадров продолжится – в этом можно не сомневаться. Системные противоречия не снимаются одним-двумя назначениями. Реальный вопрос в другом: является наблюдаемая нестабильность признаком потери контроля или контролируемой турбулентностью? Ответ на него станет виден не раньше, чем сложится устойчивая конфигурация команды, если она вообще сложится до сентября 2026 года, когда будут выборы и в Госдуму, и в областной парламент.

Пока же Самарская область представляет собой редкий лабораторный случай – регион, в котором управленческий кризис и управление кризисом настолько похожи, что их почти невозможно различить снаружи.

#Аналитика

https://t.me/politolog_Orlov ➡️ ПолитологОрлов

ЛОБОЙКО

28 мар. 2026 г., 09:53

https://regcomment.ru/analytics/istoriya-s-samostroem-v-samare-demonstriruet-patologiyu-sistemy-munitsipalnogo-upravleniya/: история с самостроем в Самаре демонстрирует патологию системы муниципального управления

Депутат Госдумы Владимир Плякин https://t.me/plyakin в контрольные органы обращение с просьбой проверить действия администрации Самары на халатность. Основанием для этого стало длительное бездействие чиновников в решении вопроса с самостроем, который перекрывает дорогу и пожарный проезд. Депутат после жалоб жителей направил обращение в мэрию, но получил ответ с нарушением установленных сроков – спустя два месяца.

, политолог, руководитель Центра «Региональные исследования»:

➖ История с самостроем в Самаре демонстрирует патологию российского муниципального управления. Мэрия подала иск в суд летом 2025 года. Суд сначала отказался его рассматривать, апелляция была подана только в октябре, и лишь 1 декабря иск приняли к рассмотрению. Семимесячный цикл для решения вопроса о незаконной постройке, мешающей пожарным проездам, свидетельствует о том, что чиновники мэрии действительно работают в режиме административного сна. А двухмесячная задержка ответа на запрос депутата Госдумы лишь подтверждает системный характер проблемы.

Владимир Плякин был избран депутатом в 2021 году от «Новых людей» по федеральному списку, в 2024-м выступал как спойлер на выборах губернатора, обеспечивая легитимность кандидату от «Единой России». Даже отрабатывая техническую функцию, он получил лишь 2,23% голосов. Думаю, депутат понимает шаткость своего положения и пытается максимизировать политический капитал через публичную активность. Недавние инициативы – от вмешательства в ситуацию с банкротством «Крыльев Советов» до разбирательств с мэрией – выглядят как попытки создать образ «народного заступника».

Но здесь мы наблюдаем любопытный феномен. Алексей Нечаев, лидер «Новых людей», посетил Самарскую область в июле 2025 года и встретился с губернатором Вячеславом Федорищевым. В российской политической практике подобные визиты свидетельствуют о наличии внятных договоренностей. Однако результаты сентябрьских муниципальных выборов показали пренебрежение командой губернатора и традициями, и договоренностями.

На выборах в городскую думу «Новые люди» выдвинули 37 кандидатов, двое из них доминировали в округах и, по мнению наблюдателей, могли не получить мандаты из-за корректировок в ночь после третьего дня голосования. Некоторые столичные наблюдатели расценили это как саботаж договоренностей на уровне региона.

В этом контексте активность Плякина может быть проявлением двух стратегий. Первая – частная инициатива депутата, который пытается создать собственный политический профиль в условиях неопределенности относительно партийного будущего. Вторая – элемент более крупной кампании по подготовке к выборам 2026 года, когда «Новые люди» могут попытаться переформатировать отношения с региональными властями, особенно в таких регионах, как Самарская область.

Чиновники мэрии, скорее всего, отделаются легким испугом. Проверка будет проведена, возможны дисциплинарные взыскания, но кардинальных кадровых изменений не произойдет. Система слишком инертна для серьезных реформ из-за одного самостроя.

Истинная ценность этого кейса в том, что он высвечивает фундаментальный парадокс российской региональной политики: формальные институты (депутатские запросы, судебные иски, проверки) продолжают работать, но крайне медленно и неэффективно, создавая пространство для политического и административного «предпринимательства».

#Аналитика

https://t.me/politolog_Orlov ➡️ ПолитологОрлов

ЛОБОЙКО

28 мар. 2026 г., 09:53

«Вокруг света» попросили прокомментировать грядущий швейцарский референдум. Поговорили обстоятельно, https://www.vokrugsveta.ru/news/vy-resurs-naselenie-shveicarii-khotyat-ogranichit-10-millionami-chelovek-zachem-eto-politikam-i-chto-budet-so-stranoi-id6844504/.

Фабула такая: крупнейшая партия Швейцарии SVP выносит на референдум инициативу законодательно ограничить население страны десятью миллионами человек. Уже при достижении 9,5 млн – закрыть въезд мигрантам, беженцам, даже родственникам иностранных резидентов. Достигнут 10 млн – разорвать соглашение о свободном передвижении с ЕС. Голосование – 14 июня.

Казалось бы, альпийская экзотика, далёкая от нас как нейтралитет от геополитики. Но я бы не торопился переключать канал.

Потому что ход популистской мысли здесь абсолютно универсален – и именно это делает кейс интересным не как новость, а как политологический диагноз. Причём диагноз, который при желании можно поставить далеко не только Швейцарии.

Смотрите, что происходит. Берётся реальная тревога реальных людей – перегруженные больницы, безумная аренда, давка в транспорте. Всё это существует. К этой тревоге прикручивается красивое круглое число – и избирателю предлагается поверить, что именно эта цифра и есть решение.

Политическая социология называет такие конструкции «театром безопасности»: государство демонстрирует контроль над ситуацией, не меняя ни одной структурной причины, которая эту ситуацию породила. Инфраструктуру надо строить, налоговую политику менять, жильё регулировать – это скучно, дорого и долго. «Закроем границу» – это понятно, быстро и электорально эффективно. Особенно если избиратель не очень склонен читать мелкий шрифт последствий.

Парадокс, который SVP элегантно обходит стороной: Швейцария богата во многом именно потому, что исторически была открыта. Иностранцы – около 37% постоянного населения, рекорд для крупных западноевропейских экономик. Фармацевтика, финансы, медицина, точная механика – всё это держится на специалистах из Германии, Франции, Италии. Закрывая «кран», страна бьёт прежде всего по среднему классу: растут цены на услуги, возникает дефицит медперсонала, дорожает строительство. Крупный капитал переживёт любую демографическую политику без особых потерь – он интернационален и мобилен по определению. То есть партия, говорящая от имени «простых швейцарцев», продвигает меры, которые ударят по ним же – просто не сразу и не так наглядно, как очередная волна приезжих. Классика жанра, в общем.

Теперь – про универсальность, которая и делает этот кейс по-настоящему занятным.

Логика «население как оптимизируемый ресурс» встречается в самых разных политических климатах и на самых разных географических широтах. Иногда она направлена против внешних мигрантов – как в Швейцарии. Иногда против внутренней мобильности, когда государство берётся решать, кто и где имеет право жить и работать. Иногда против тех, кто предпочитает уехать.
Инструментарий меняется. Риторика адаптируется. Логика – нет: есть правильные люди в правильном количестве в правильном месте, и государство точно знает, какая именно цифра является достаточной.

Социология давно и несколько нудно зафиксировала, чем заканчиваются такие эксперименты. Дефицитом именно там, где ожидался порядок. И оттоком ровно тех, кого государство меньше всего планировало терять. Люди, знаете ли, плохо конвертируются в управляемый ресурс – это их принципиальный недостаток с точки зрения любого централизованного планирования.

Швейцария, по крайней мере, решает этот вопрос через референдум. Что, согласитесь, по-своему обезоруживающе элегантно.

Но общая симптоматика будто что-то напоминает…

ЛОБОЙКО

28 мар. 2026 г., 09:53

Гладиаторы Эпштейна: вечный инструмент власти

Опубликованые файлы Джеффри Эпштейна побудили весь мир снова обсуждать связь элит, секса и компромата. Многие уходит в морализаторство, снобизм или смакование подробностей. Оставив моральную сторону вопроса и нормализацию дегуманизации, стоит посмотреть на это мрак, как на технологию. И с этой точки зрения в этой истории нет ничего принципиально нового – меняются только декорации и технологии. Закрытые секс-сети существовали всегда и везде. И они не про желание или извращения, а про власть.

1955 год, СССР. На даче в подмосковной Валентиновке и своей московской квартире драматург Константин Кривошеин – «Эпштейн на минималках» – организовал притон для высшей советской номенклатуры. Студенток театральных и балетных училищ завлекали обещаниями карьеры в Большом театре, намёками на связи с министром культуры. Клиентура – сливки системы: министр культуры СССР академик Георгий Александров (имевший личный ключ от квартиры), члены-корреспонденты АН СССР, писатели, философы, профессора. Для конспирации использовали шифры: «диссертация» означала девушку, «защитить диссертацию» – совратить, «написать рецензию» – продать её услуги.

Разоблачение началось с письма возмущённой матери Хрущёву. На заседании в Московском горкоме Никита Сергеевич долго кричал на провинившихся, а потом спросил у литературоведа, директора ИМЛИ АН СССР Александра Еголина:
«Александров-то мужик молодой, я понимаю. А ты-то в твои годы зачем туда полез?»

Ответ вошёл в историю:
«Так я ничего, я только гладил…»

Отсюда название – «дело гладиаторов».

Кривошеина судили не за сводничество (такой статьи не было), а за спекуляцию антиквариатом – это была уже его вторая ходка. Александрова сослали в Минск, остальных разогнали по редакциям за Урал. Система дала трещину, но не сломалась.

Похожих историй – десятки. Распутин в России начала XX века с оргиями «изгнания бесов» и доступом к императорской семье. Дело Профьюмо в Великобритании 1963 года – военный министр, 19-летняя модель и советский военный атташе, классический треугольник холодной войны. Правительство рухнуло, часть документов засекречена до 2048 года.

Паттерн универсален: элиты создают закрытые пространства разврата не ради секса (его можно купить проще), а ради сетевого капитала. Совместный грех – клей системы. Компромат – страховка от предательства. Доступ к телам – маркер принадлежности к избранным. Эпштейн отличался от Кривошеина только масштабом: остров вместо дачи, частный самолёт вместо служебной «Волги», миллиардеры вместо философов и. номенклатурщиков. Но механика та же: власть конвертируется в доступ, доступ – во влияние, влияние – снова во власть.

Наивно думать, что такие схемы остались в прошлом. Секс-сети как инструмент карьерного продвижения и контроля никуда не делись – просто стали менее заметны. Можно десятилетиями работать с одним человеком и стать самым влиятельным вице-мэром столицы. Можно после банных процедур с лидером партии стать губернатором, а затем министром спорта.

Дело не в конкретных людях – дело в том, что закрытые пространства неформального общения, где создаются связи вне официальных протоколов, всегда были и остаются важнейшим механизмом рекрутирования элит. Бани, дачи, яхты, охоты – это не досуг, а инфраструктура власти. В ряде российских регионах такие секс-сети существуют и сейчас – просто о них не пишут анонимные письма первому секретарю. Максимум – упоминают в анонимных Telegram-каналах. Система научилась себя защищать.

Парадокс в том, что товарищ Еголин «только гладил» в 1955-м. А его аналоги «только гладят» и сейчас. Меняются эпохи – инструменты остаются.

ЛОБОЙКО

28 мар. 2026 г., 09:53

https://regcomment.ru/analytics/dosrochnyj-uhod-vajnberga-iz-sovfeda-mozhno-rassmatrivat-kak-simptom-evolyutsii-regionalnyh-elit/ досрочный уход Вайнберга из Совфеда можно рассматривать как симптом эволюции региональных элит

Совет Федерации удовлетворил заявление сенатора от Нижегородской области Александра Вайнберга о https://www.kommersant.ru/doc/8379548?from=52_top_main_1 Сообщается, что свое решение Вайнберг объяснил желанием уйти на специальную военную операцию.

политолог, руководитель Центра «Региональные исследования»:

➖ В российской политической системе редко что происходит без скрытых смыслов, и досрочная отставка сенатора от Нижегородской области Александра Вайнберга не исключение. Он предпочел не дожидаться естественного окончания своего мандата в сентябре и отправиться в зону СВО. Восемь месяцев – это, казалось бы, ничтожный срок для политика, находящегося во власти 15 лет. Однако именно в этом временном зазоре скрыты ключи к пониманию современных механизмов элитного воспроизводства.

Биография Вайнберга читается как учебник по социальной мобильности в постсоветской России. Гитарист легендарной группы «Любэ» (1990–1994), кандидат юридических наук, один из учредителей нижегородского отделения «Единой России», депутат областного парламента, заместитель его председателя и наконец трижды избиравшийся сенатор. Редкий пример того, как культурный капитал успешно конвертируется в политический, минуя стандартные карьерные лифты бюрократии. Ни смена губернаторов, ни турбулентность федеральной политики не поколебали его позиций.

Вопрос о принадлежности Вайнберга к команде Никитина требует более тонкого анализа. Формально их политические траектории пересекались минимально: Глеб Никитин пришел к власти в 2017 году как технократ из АСИ, в то время как Вайнберг уже восемь лет представлял область в СФ. Скорее, это случай взаимовыгодного сосуществования: губернатор получал лояльного сенатора с собственным политическим весом, сенатор – гарантии стабильности от региональной власти.

Показательна реакция председателя Заксобрания Евгения Люлина на отставку Вайнберга. Формулировка о «поступке настоящего мужчины» и «взвешенном решении» выдает скорее облегчение, чем сожаление. Люлин, переизбранный в 2020 году после шестилетнего перерыва, представляет новую генерацию региональных управленцев, которые являются скорее номенклатурой, чем элитой. Уход Вайнберга освобождает место для кадрового обновления, синхронизированного с электоральным циклом.

Настоящую ценность для Нижегородской области представляла символическая функция Вайнберга – мост между федеральным центром и региональными элитами, гарантия того, что область не забыта в Москве. В системе, где персональные связи часто важнее институциональных механизмов, такая роль неоценима.

Решение уйти за восемь месяцев до окончания полномочий выглядит нерациональным только с точки зрения максимизации индивидуальной власти. С позиций системной логики оно демонстрирует понимание темпоральных ритмов российской политики. Сентябрь 2026 года – это не просто дата окончания сенаторских полномочий, а время выборов нового состава Заксобрания области. Синхронизация этих процессов создает окно возможностей для комплексного обновления региональных элит.

Вайнберг избавляет новый созыв Заксобрания от необходимости принимать политически чувствительное решение о продлении или непродлении его полномочий. Эта своеобразная политическая вежливость позволяет всем участникам сохранить лицо, а региональной власти – получить свободу маневра в кадровых вопросах.

Ситуация в Вологодской области, где сенаторское место остается вакантным после ухода Юрия Воробьева, создала опасный прецедент институциональной пустоты. Нижегородские элиты, очевидно, не готовы к подобным экспериментам с представительством. Регион слишком значим экономически и политически, чтобы позволить себе роскошь отсутствия в верхней палате. Логичным решением видится назначение временного представителя с последующим утверждением новым созывом после сентябрьских выборов.

#Аналитика

https://t.me/politolog_Orlov ➡️ ПолитологОрлов

ЛОБОЙКО

28 мар. 2026 г., 09:53

В новой колонке для «Независимой газеты» разбираю парадокс: почему семья одновременно стала высшей ценностью и непозволительной роскошью.

Власть видит угрозу в феминизме и чайлдфри (идеология признана в России экстремистской). Оппозиция – в невыносимых условиях для материнства. Обе стороны сходятся в одном: кто-то виноват. Но что, если никто не виноват?

Цифры говорят сами за себя: на 880 тысяч браков в 2024 году пришлось 644 тысячи разводов. Средний возраст матери при рождении первенца достиг 29 лет – мы догнали Европу. Европейская часть России теряет население десятилетиями.

Традиционная семья решала конкретные задачи: совместное хозяйство, воспроизводство рабочей силы, социальная защита при отсутствии государственных институтов. Когда женщина не могла зарабатывать самостоятельно, экономическая логика брака была железной. Развод означал катастрофу.

Сегодня этот фундамент разрушен. Женщины получают образование наравне с мужчинами. Бытовые услуги коммерциализированы. Государство взяло на себя функции социальной защиты. При этом требования к браку выросли многократно – теперь мы ждем психологической совместимости, общих ценностей, эмоциональной поддержки.

Дети из экономического актива превратились в статью расходов минимум до 22 лет. При полном отсутствии предсказуемости: молодой специалист не знает, будет ли у него работа через пять лет, сохранятся ли сбережения, не обнулится ли квалификация.

Можно запретить «пропаганду чайлдфри», объявить феминизм экстремизмом – ничто из этого не заставит человека в 25 лет чувствовать уверенность, необходимую для решения завести детей. Это попытка решить структурную проблему символическими средствами.

Кризис института семьи – болезненный, но естественный процесс адаптации к новым условиям. Признать нормальность происходящего – не значит смириться. Это значит перестать искать врагов там, где их нет, и начать искать решения там, где они возможны.

Полный текст https://www.ng.ru/kartblansh/2026-01-27/3_9424_kb.html

ЛОБОЙКО

28 мар. 2026 г., 09:53

📷 Photo

Из третьего Рима – в первый

Неделя в обратной хронологии империй: Москва, Стамбул, Рим. Перед самым Новым годом совершил путешествие от самого молодого претендента на имперское наследие к оригиналу. Любопытный маршрут для понимания того, как империи справляются с собственной смертью. Или не справляются.

Москва встречает избыточностью новогодних декораций – сотни миллионов рублей в украшения и гирлянды, каждая улица как парадный зал. Даже не в самых центральных районах. Город украшен так, словно количество гирлянд прямо пропорционально геополитическому весу. Эта визуальная истерика выдаёт главное: Третий Рим всё ещё пытается доказать, что он – Рим. Доказать прежде всего самому себе.

Инфантильное заболевание империализма – считать, что величие измеряется в мегатоннах иллюминации. Или в мегатоннах вообще. Москва продолжает играть в империю образца XIX века, не замечая, что сама идея империи стала анахронизмом ещё в прошлом столетии. Впрочем, для страны, где «вчера» официально лучше, чем «завтра», это вполне логично.

Стамбул декорирован куда сдержаннее – несколько световых инсталляций в туристических местах, минималистичные украшения в торговых центрах. Город, который пятьсот лет был столицей последней классической империи, научился жить без имперского надрыва. Турция при Эрдогане, конечно, грезит неоосманским реваншем, но это скорее региональные амбиции, упакованные в имперскую риторику. Soft power вместо hard glory — прагматичная геополитика XXI века.

Константинополь умер в 1453 году, Стамбул родился из его пепла. Город, переживший собственную смерть и воскресение под другим именем, в другой цивилизации, с другим богом. Этот опыт радикальной трансформации дал туркам иммунитет к имперской ностальгии — они уже были империей, уже потеряли её, уже построили что-то новое.

Рим же почти не украшен. Пара ёлок на площадях, скромная иллюминация на Виа дель Корсо. Город, давший миру саму идею империи, обходится без блесток и световых спектаклей. Парадокс: именно здесь, в Ватикане, находится духовный центр миллиарда католиков, но Рождество визуально почти незаметно.

Рим давно понял то, чего не могут понять его подражатели: империя – это не территория и не армия, а идея. И когда идея исчерпана, никакие легионы её не спасут. Современный Рим монетизировал собственные руины, превратив имперское прошлое в туристический продукт. Колизей приносит больше дохода как руина, чем приносил как действующая арена. Это не декаданс – это трезвый расчёт цивилизации, которая приняла свою постимперскую реальность.

Собственно, формула «быть Римом» означает претензию на универсальность своего политического проекта. Рим I создал идею права и гражданства, распространяемых на весь известный мир. Византия добавила к этому христианскую эсхатологию. Москва попыталась соединить и то, и другое с идеей особого цивилизационного пути.

Проблема Третьего Рима в том, что он застрял в стадии отрицания имперской смерти. В то время как Стамбул прошёл через стадию торга (неоосманизм как попытка договориться с историей), а Рим достиг принятия и даже капитализации.

Московские гирлянды – это не просто новогодний декор. Это световая терапия для империи, которая не может признать, что империй больше не существует. Что в мире сетевых государств, транснациональных корпораций и наднациональных регуляторов классическая империя выглядит как паровоз в эпоху SpaceX.

Из Третьего Рима в Первый – это путешествие из мира, где прошлое всё ещё пытается быть будущим, в мир, где прошлое стало просто прошлым. И знаете что? В Риме как-то спокойнее.

Фото из Рима №1.

ЛОБОЙКО

17 мар. 2026 г., 02:12

Специально для телеграм-канала https://t.me/deputatdumy

ВОПРОС РЕБРОМ. Проблемы регионов в 2026 году могут нарастать, предупреждают эксперты. Ситуация на рынке труда, проблемы малого и среднего бизнеса, а также снижение добычи углеводородов станут проблемами для власти в 2026 году в регионах. Об этом на заседании клуба «Регион» заявил политолог Илья Гращенков. По его словам, нужно учитывать риски, которые могут оказать влияние на проведение избирательных кампаний.

Публицист, основатель Telegram-каналов «Толкователь», Proeconomics https://t.me/tolk_tolk:

Главная проблема – сокращение доходов местных бюджетов. Проблема для большинства регионов обозначилась в 2025-м, но в этом году она возрастет.
С другой стороны, очень многое будет зависеть от геополитической обстановки. Так, если усилия руководства по заключению мира на Украине достигнут результата, скорее всего, мы увидим очень резкое сокращение набора контрактников, на которых часть расходов несли как раз регионы. Гипотетически речь может идти об экономии сотен миллиардов рублей в год.
Проблемой станут различные способы повышения налогов и сборов, когда нужно будет найти баланс между наполнением бюджета и сохранением социальной стабильности и функционирования бизнеса. Мы наверняка увидим введение платных парковок в большинстве региональных центров, активное выявление серой занятости, рост штрафов за нарушения бизнеса.
Проблемой для большинства регионов останется федеральный KPI по рождаемости. Правда, это скорее головная боль для руководителей регионов, а не населения.

Глава комитета по местному самоуправлению Заксобрания Вологодской области https://t.me/deputatantonholodov:

В-первых, кончаются привычные деньги. Раньше многие регионы жили за счет добычи нефти, угля, алмазов. Сейчас это падает, денег в бюджетах становится меньше. Основа экономики шатается.
Во-вторых, работа есть, но страдает финансирование. Вакансий может быть много, но компании, особенно новые собственники крупных заводов, скорее всего, будут вынуждены сильно экономить.
В-третьих, работа с госзаказами и связанные с этим риски.
Лучше всего сейчас выживает тот бизнес, который работает на ОПК. Это создает большую проблему: если что-то поменяется с госзаказом, многим предприятиям просто не на что будет работать. Экономика регионов становится слишком зависимой от одного источника.
В-четвертых, регионам нужно привлекать другие инвестиции, развивать другие производства, лучше управлять. Но в условиях кризиса и нехватки денег сделать это очень сложно. Получается замкнутый круг: денег нет, потому что старые отрасли в упадке, а новые не развиваются, потому что денег нет.
Год будет сложным. Регионам придется непросто: денег от ресурсов меньше, бизнес зависит от государства, а жизнь населения не становится проще. Нужны умные и быстрые решения, чтобы перестроиться.

Зампред комитета ГосДумы по экономической политике https://t.me/delyagin:

Главная проблема регионов в 2026 году - из-под них в финансовом отношении будет «уходить земля»: ухудшение экономической конъюнктуры + рост налогов = сжатие экономики.
Какой-то бизнес разорится, какой-то уйдет за границу, какой-то - в тень, под крыло свободных от налогов этнических группировок. То есть потребность в бюджетных расходах вырастет, а доходы сожмутся.

Руководитель Центра «Региональные исследования» :

Российская политическая элита входит в 2026 год цикл не с задачей прорыва, а с задачей консервации. Что это означает практически? Две параллельные стратегии закручивания гаек. Первая – для населения. Налоговое бремя растет: прогрессивная шкала НДФЛ (до 22%), повышение акцизов на топливо, рост страховых взносов для бизнеса, новые экологические и транспортные сборы… Список длинный.
Вторая стратегия – для самой элиты, точнее, для ее второго и третьего эшелонов. Региональные группы влияния, бизнес-кланы, локальные «князьки» – все, кто не входит в узкий круг принятия решений, – ощущают давление и будут испытывать его еще больше. Логика незамысловата: перед выборами нужна предсказуемость, а не автономия.

ЛОБОЙКО

17 мар. 2026 г., 02:12

https://regcomment.ru/opinions/dlya-gubernatora-prisutstvie-v-telegram-segodnya-kriticheski-vazhno-osobenno-nakanune-vybornogo-tsikla/ для губернатора присутствие в Telegram сегодня критически важно, особенно накануне выборного цикла

Губернатор Самарской области Вячеслав Федорищев, осенью удаливший свой Telegram-канал, https://www.kommersant.ru/doc/8361867?from=63_top_main_2 в этот мессенджер. Решение принято с учетом того, что там регулярно появляются фейковые аккаунты от имени губернатора с целью провокаций или использования мошеннических схем. Кроме того, для многих жителей Самарской области Telegram остается источником получения новостей. Канал будет вести пресс-служба.

, политолог, руководитель Центра «Региональные исследования»:

➖ История с «перебежкой» губернатора Вячеслава Федорищева из MAX обратно в Telegram любопытна не как частное управленческое решение, а как политический симптом. Такие вещи самарский губернатор точно не решает в одиночку за утренним кофе. Уход из Telegram был публичным жестом лояльности, возвращение – это тем более жест политический. Как бы ни было смешно, но думаю, что без консультаций с администрацией президента здесь не обошлось. И в этом есть позитивный сигнал не только для Самарской области, но и для всей страны. Возвращение означает, что полная блокировка Telegram Роскомнадзором пока не стоит на повестке дня. Превращение российского интернета в суверенный откладывается. Мессенджер остается площадкой, где может существовать не только официально одобренная информация. Цензура все еще не стопроцентная – мелочь, а приятно.

Полагаю, эксперимент с MAX провалился даже для тех, кто обязан был его продвигать. Власть оказалась в ловушке собственной риторики: настойчиво рекомендовала национальный мессенджер, но сама работать там не готова, потому что там никого нет. Аудитория не идет туда, где нет контента; контент не создается там, где нет аудитории.

Для губернатора присутствие в Telegram сегодня критически важно, особенно накануне выборного цикла 2026 года. Это основной канал прямой коммуникации, способ показать оперативность и создать видимость доступности. Отсутствие в соцсетях воспринимается как архаика.

Федорищев просто выбрал эффективность коммуникации вместо демонстрации лояльности. И получил на это политическое разрешение. А Telegram пока остается доступным, потому что оказался там, где люди. Остальное – детали.

#Мнение

https://t.me/politolog_Orlov ➡️ ПолитологОрлов

ЛОБОЙКО

14 мар. 2026 г., 13:47

https://regcomment.ru/analytics/zamerzayushhee-zaplyuse-ne-prosto-kommunalnaya-avariya-a-demonstratsiya-nesposobnosti-vlastej-pskovskoj-oblasti-kontrolirovat-bazovye-veshhi/: замерзающее Заплюсье – не просто коммунальная авария, а демонстрация неспособности властей Псковской области контролировать базовые вещи

Первые дни 2026 года жители поселка Заплюсье в Псковской области встретили без отопления. Тепло перестало поступать в дома 2 января, губернатор региона Михаил Ведерников открыто https://t.me/MV_007_Pskov о ситуации только в последний день новогодних каникул. Реакцией властей стала отправка и. о. министра ЖКХ Ксении Григорьевой в поселок для https://fedpress.ru/news/60/incidents/3421040 проблемы.

, политолог, руководитель Центра «Региональные исследования»:

➖ История с замерзающим Заплюсьем интересна даже не самим фактом коммунального коллапса – в России это, увы, рутина. Интересна она своей политической топографией. Люди сидели без тепла с 2 января, снимали видеообращения, жаловались, а губернатор Михаил Ведерников отреагировал лишь после праздников. Причем сразу в Telegram-канале обозначил весь спектр версий: халатность, некомпетентность, вредительство. Красиво, но запоздало.

Система ЖКХ в Псковской области находится в том состоянии, которое эвфемистически называют проблемным. Только в Заплюсье прорывы происходили регулярно весь отопительный сезон. И это одна из десятка острых проблем региона. Так, печорский завод закрылся летом, оставив без работы 500 человек. Долгострой экотехнопарка должны были сдать в 2025-м, но не сдали. Заведено три уголовных дела на подрядчика школьных ремонтов в Великих Луках. Министр образования Андрей Ермаков из-за этого и ушел осенью – губернатор прямо сказал: системные проблемы требуют смены руководства.

А теперь очередь дошла до ЖКХ. Вице-губернатор Игорь Шатурный, курирующий эту сферу, получил от местных журналистов прозвище Голограмма – настолько он невидим. Врио министра Ксения Григорьева была лично отправлена отапливать поселок. Это одновременно и театр, и рациональная жестокость – назначить ответственного за катастрофу еще до завершения расследования.

Здесь проявляется классический парадокс вертикали: формально ведомство приняло паспорта готовности к зиме у муниципалов, но, когда система рухнула, виноватым сделали министра, а не главу округа. Хотя глава Плюсского округа Наталья Иванова тоже получила проблемы и неприятное внимание от СК. Но главный удар – по региональному уровню.

Причины ЧП технически банальны: плохое топливо и изношенное оборудование. Системно же это результат многолетней экономии на инфраструктуре в небогатом приграничном регионе с сокращающимся населением (минус 27 тыс. избирателей с 2018 года). Котельные работают на пределе, резервов нет, квалификации сотрудников не хватает.

Но политически ситуация куда острее, чем кажется. В сентябре 2026-го выборы не только в Госдуму, но и в областное собрание депутатов. На прошлые губернаторские выборы явка была катастрофической – 37,74% с учетом ДЭГ, а без онлайн-голосования вообще 30,7%. Ведерников победил с 86%, но при таком абсентеизме это пиррова победа. Последние муниципальные выборы тоже прошли вяло.

А сейчас регион буквально лихорадит: главврач областной инфекционной больницы Анастасия Повторейко в СИЗО, экс-ректор Псковского госуниверситета Наталья Ильина отправлена под суд, двум оппозиционным депутатам облсобрания грозит лишение мандатов из-за иностранных счетов и др. Фон максимально токсичный.

Михаил Ведерников находится на экваторе второго срока – статистически самое уязвимое положение. Тренд последних лет – досрочное прекращение полномочий именно на втором сроке, чтобы дать новому врио время на настройку ресурса. У Ведерникова позиции в АП пока прочные, питерские связи работают, но замерзающее Заплюсье – это не просто коммунальная авария. Это демонстрация системной неспособности контролировать базовые вещи в политически важном году.

Отправка Григорьевой на передовую – попытка локализовать репутационный ущерб. Но парадокс в том, что чем жестче губернатор наказывает подчиненных, тем более явно признает: контроль потерян, власть не справляется.

#Аналитика

https://t.me/politolog_Orlov ➡️ ПолитологОрлов

ЛОБОЙКО

12 мар. 2026 г., 15:05

В «Парламентской газете» вышел материал о кризисе института семьи – тема, которая в последние годы стала чем-то вроде общественного невроза. Лестно, что https://www.pnp.ru/social/ritual-ili-proekt-eksperty-rasskazali-pochemu-v-rossii-mnogo-razvodov.html.
Эта фраза, кажется, точнее всего схватывает абсурдность ситуации.

Статья разбирает впечатляющую статистику: в 2024 году на 880 тысяч браков пришлось 644 тысячи разводов. Для сравнения – в 1950 году разводов было всего 49 тысяч.

Журналисты пытаются нащупать причины через привычный набор объяснений: технологические трансформации, эмансипация, финансовые трудности, отложенное родительство.

В целом получился добротный срез мнений – от психологов до социологов.

Моя позиция в этом разговоре состоит в следующем: мы имеем дело с фундальным парадоксом. Семья превратилась из социального ритуала в сложный проект, требующий серьезной подготовки — материальной, психологической, экзистенциальной. Все хотят «правильную» семью, но мало кто чувствует, что располагает для этого достаточными ресурсами.
Планка ожиданий взлетела, а ощущение собственной готовности упало. Результат предсказуем.

Добавлю: постразводная реальность часто превращается в экономическую игру, где алименты становятся предметом торга с обеих сторон. Психологическая травма ребенка от противостояния родителей может быть тяжелее самого факта развода – но об этом говорят неохотно.

Единственный, на мой взгляд, лишний комментатор в материале – депутат Виталий Милонов, который по привычке, не приходя в сознание, включил морализаторство. В разговоре о системных трансформациях это выглядит... анахронизмом.

348

ЛОБОЙКО

26 февр. 2026 г., 03:56

В пиковые годы СССР существовало девять министерств машиностроения одновременно. Видимо, считалось, что если разделить проблему на девять частей, она станет в девять раз меньше.

Глеб Никитин, губернатор Нижегородской области, решил воскресить эту логику. Демография проседает? Переименуем службу занятости в Министерство демографии и развития человеческого капитала. Министерство образования разделим на два.

Парадокс в том, что демографию регулируют на федеральном уровне – налоги, материнский капитал, ипотека. Региональное министерство здесь исполнитель федеральных трансфертов. Дефицит детей не лечится наличием министра по детям.

Но главное достигнуто: Никитин попал в федеральные новости. А реальные результаты Нижний Новгород увидит через несколько лет и, вероятно, уже при другом губернаторе.

Бюрократическая мимикрия под ожидания центра – старая, хорошо отработанная технология.
https://regcomment.ru/analytics/izmeneniya-kotorye-provodit-nikitin-v-nizhegorodskoj-oblasti-eto-byurokraticheskaya-mimikriya-pod-ozhidaniya-federalnogo-tsentra/

531

ЛОБОЙКО

20 февр. 2026 г., 19:20

Пять цитат политолога и руководителя центра «Региональные исследования» Дмитрия Лобойко, которого мы попросили эксклюзивно для http://63.RU/ прокомментировать политическую жизнь в Самарской области в 2025 году:

1️⃣ Кадровая система региона функционирует как закрытая корпорация, где профессиональные качества вторичны по отношению к лояльности и управляемости

2️⃣ Арестованные чиновники служат наглядным напоминанием: участь любого управленца зависит не от профессионализма, а от конъюнктуры

3️⃣ Горожане голосуют ногами — просто не приходя на участки. Парадокс в том, что низкая явка никого не смущает

4️⃣ Своим менеджерским подходом Федорищев создаёт конфликты там, где их можно было бы избежать

5️⃣ 2025 год в Самарской области — это торжество административного управления над политикой

Полностью мнение Дмитрия Лобойко https://63.ru/text/politics/2026/01/01/76200674/

И — да — всегда приятно публиковать колонки умных людей. Так что, если вам есть что сказать с наших страниц — обращайтесь

453

ЛОБОЙКО

17 февр. 2026 г., 10:35

https://regcomment.ru/analytics/vitalij-shabalatov-idealnaya-kandidatura-na-post-glavy-pravitelstva-samarskoj-oblasti-dlya-gubernatora-fedorishheva/: Виталий Шабалатов – идеальная кандидатура на пост главы правительства Самарской области для губернатора Федорищева

Депутаты Самарской губернской думы https://www.kommersant.ru/doc/8314928?from=63_top_main_1 кандидатуру Виталия Шабалатова на пост первого замгубернатора – председателя правительства Самарской области. Ранее предшественник Шабалатова Михаил Смирнов, https://www.kommersant.ru/doc/8313062 отставку регионального правительства, заявил о своей ответственности перед огромным количеством людей, после чего СМИ сообщили о его нежелании уходить с должности.

, политолог, руководитель Центра «Региональные исследования»:

➖ Самарская политическая интрига получила официальную развязку: губернская дума согласовала кандидатуру Виталия Шабалатова на пост председателя правительства. Михаил Смирнов превратился в «политического зомби» – формально живого, но уже не принадлежащего миру власти. Его позиция напоминает классическое «Я еще не умер»: отказывается покидать кабинет добровольно, ссылаясь на то, что «бросать службу не принято». Впрочем, служба – понятие обоюдоострое. Можно служить делу, а можно служить примером того, как не нужно завершать политическую карьеру.

Особенно пикантно выглядели его поздравления энергетиков 22 декабря от имени правительства Самарской области. Представьте: человек, которого уже официально сменяют, поздравляет отрасль от имени кабинета, находящегося в технической отставке. Это как если бы разведенный супруг продолжал подписывать открытки «от счастливой семьи».

Смирнов жалуется на «негласное правило о недопустимости упоминания его фамилии в СМИ». На самом деле правило простое: зачем упоминать того, кого уже нет? Информационное пространство, как природа, не терпит пустоты и мгновенно заполняется новыми именами.

Его попытка представить свою отставку как результат принципиальной позиции выглядит трогательно. «Пришел не по корпоративной разнарядке, а по убеждению» – замечательная фраза для мемуаров, но маловероятная в качестве объяснения реальности. В российской региональной политике убеждения работают примерно так же, как совесть в казино: теоретически существуют, но практически не влияют на исход игры.

Назначение Михаила Белоусова первым замом в администрации губернатора создает занимательную конфигурацию. Человек с газпромовским (пусть и недолгим) прошлым, который теперь будет координировать муниципалитеты и взаимодействовать с ЦИК, – это либо тонкий кадровый ход, либо признание того, что локальная экспертиза важнее внешней лояльности. Губернатор Вячеслав Федорищев демонстрирует прагматичность: если уж избавляться от местных связей, то по частям, оставляя полезные элементы на подконтрольных позициях.

Теории заговора вокруг Смирнова – от газовых интересов до связей с силовиками – выглядят переоцененными. В современной региональной политике таких не жалуют – они слишком непредсказуемы и создают лишние риски для губернаторов, которым важнее управляемость команды, чем ее харизма.

Шабалатов в этом смысле идеальный выбор. Воронежско-питерский бэкграунд, отсутствие местных амбиций, технократический профиль. Он не будет создавать собственную повестку или претендовать на субъектность – именно то, что нужно губернатору, столкнувшемуся с сопротивлением региональных элит.

Парадокс ситуации в том, что Смирнов своим упорством только подтверждает правильность решения о его отставке. Политик, не понимающий момента для достойного ухода, вряд ли понимает моменты для принятия сложных управленческих решений. Его сопротивление превратилось в лучшую рекламу для Шабалатова – любая альтернатива такому поведению будет выглядеть выигрышно.

Заседание губдумы 23 декабря стало формальной точкой в истории, которая закончилась неделю назад. После того как депутаты проголосовали за Шабалатова, Смирнов сможет написать мемуары о том, как система не поняла его принципиальности. Что, впрочем, тоже своего рода служба – будущим поколениям политиков в качестве учебного пособия о том, как не стоит заканчивать карьеру.

#Аналитика

https://t.me/politolog_Orlov ➡️ https://t.me/politolog_Orlov

ЛОБОЙКО

11 февр. 2026 г., 20:38

Восемь цитат политолога Дмитрия Лобойко о том, как в России исчезла политика и на ее месте возникла система контроля, управляемых регионов и «сервисных элит». Разговор о власти без иллюзий, о выборах без выбора и о том, почему посредственность стала удобной формой управления.

Полный текст интервью — по ссылке: https://regaspect.info/2025/12/18/politika-umerla-da-zdravstvuet-policziya/

482

ЛОБОЙКО

6 дек. 2025 г., 15:47

Кадровая диета по-самарскиНаписал небольшой https://regcomment.ru/analytics/kadrovaya-dieta-po-samarski-v-osnove-naznachenij-loyalnost-i-neprinadlezhnost-k-mestnym-elitam/ про «логику назначений» в Самарской области
Назначение Артура Абдрашитова главой Минтранса – продукт того, что можно назвать «кадровой диетой» губернатора Вячеслава Федорищева. Экс-министр туризма возглавил транспортное ведомство, а губернатор объяснил это его компетенциями в водном транспорте и «независимостью» от сложившихся отраслевых хитросплетений.

Аргумент про опыт в речных перевозках звучит почти комично. Специалист по туристическим маршрутам теперь отвечает за дороги, мосты и весь транспортный комплекс региона. Это, скажем, как экскурсовода назначить руководить дорожным строительством. Объяснение простое – нужно было хоть что-то сказать публично, вот и вспомнили про воду.

Реальная причина лежит в другой плоскости. Ключевое слово – «независимая фигура». Транспортная отрасль в любом регионе – это миллиардные контракты и десятилетиями формировавшиеся группы влияния. Абдрашитов пришел из Татарстана пять лет назад, у него нет обязательств перед местными «дорожными баронами». Он – чистый лист, идеальный инструмент для губернатора, решившего перекроить расклад сил.

Суть «кадровой диеты» проста: профессионалы в регионе есть, но почти каждый опытный управленец уже встроен в систему лояльностей, связан с группами влияния. Назначить такого – значит усилить стоящие за ним интересы.
Поэтому на ключевых постах появляются люди порой с неожиданными биографиями. Вячеслав Романов, почти 20 лет проработавший в правоохранительных органах Тульской области, становится куратором областной столицы. Опять же – пришлый, без местных корней.

Глава Отрадного уходит в помощники губернатора, вице-губернатор переброшен курировать Самару, появились новые кураторы для Кинеля и Сызрани – это не оптимизация управления, это политическая перетасовка. Назначают не по профессионализму, а по двум критериям: лояльность и непринадлежность к местным элитам.

Федорищев, самый молодой губернатор России, решает две задачи: показать Москве свою серьезность и выстроить вертикаль личной власти. Метод «варяга» работает, если есть политическая воля и время. Но риск очевиден: назначение по принципу «главное – не местный» может обернуться управленческим провалом. Разбираться в туризме и понимать сложную транспортную систему – совершенно разные компетенции.

Местные элиты сейчас задаются одним вопросом: получил ли Федорищев полный карт-бланш от Москвы. Если да – его кадровые эксперименты продолжатся, старые группы влияния будут вытесняться. Профессионалы будут мигрировать в другие регионы. Если нет – придется искать компромиссы с теми, кого сейчас отодвигают.

Так что назначение Абдрашитова – не вопрос компетенций, а вопрос политической геометрии. Губернатор расставляет фигуры, пытаясь контролировать игру. Получится ли – увидим. А пока наблюдаем любопытный эксперимент: бывший министр туризма учится различать марки асфальта, и всем объясняют, что его главная квалификация – знание речных причалов.

ЛОБОЙКО

6 дек. 2025 г., 15:47

«Распределенная дисциплина»: от сезонных кампаний к перманентному контролю
Владимир Путин подписал http://publication.pravo.gov.ru/document/0001202511040014?index=5 в армию. Что это означает для общества? Какой будет новая нормальность? Круглогодичный призыв – это не столько оптимизация работы военкоматов, сколько превращение исключения в норму. Когда государство отменяет темпоральные границы между обычной жизнью и мобилизационным режимом, оно легитимирует состояние перманентной готовности.

Обратите внимание на риторическую эквилибристику: призывники теперь «не ждут с ужасом», а «спокойно приходят в течение года». Иными словами, тревога размазывается по календарю – вместо двух острых моментов страха получаем хроническую неопределенность. Это классический пример того, что Фуко называл «распределенной дисциплиной»: власть становится тотальнее именно тогда, когда перестает концентрироваться в отдельных точках.

Особенно показательна ситуация с абитуриентами. Июль – август превращаются в зону юридической турбулентности: школа окончена, аттестат получен, но приказ о зачислении еще не подписан. Формально отсрочки нет, и восемнадцатилетний оказывается в правовом вакууме между двумя статусами. Государство получает удобное окно для пополнения призывных квот именно за счет тех, кто планировал продолжить образование. Весьма изящно. Или изощренно.

Электронные повестки с автоматической доставкой через семь дней – технологически элегантное решение старой проблемы уклонистов. Парадокс: цифровизация, обещавшая расширение свобод, оборачивается инструментом тотального учета. Портал госуслуг, созданный для удобства граждан, превращается в инфраструктуру мобилизации.

Главное здесь – институциональная нормализация специального режима как фонового состояния общества. Когда призыв становится круглогодичным, исчезает сама возможность передышки. Государство больше не готовится – оно постоянно пребывает в готовности. А граждане – в опасениях, страхах и ожидании…

Showing 30 of 45 posts

Рейтинг

Требуется вход

Отзывы пользователей (0)

Пока нет отзывов. Будьте первым, кто поделится своим опытом!

ЛОБОЙКО

ЛОБОЙКО

Рейтинг

Рост участников (Последние 30 дней)

Последние посты

Рейтинг

Отзывы пользователей (0)

Похожие каналы Telegram

Ватник в Америке

БАБАКОВ

Александр Парецкий из Донецка | ДНР | Россия 🇷🇺

Батурин

Станислав Кочев

Донецкий театр кукол

Добрый

Другой Белгород 🦅

Похожие каналы Telegram

Ватник в Америке

БАБАКОВ

Александр Парецкий из Донецка | ДНР | Россия 🇷🇺

Батурин

Станислав Кочев

Донецкий театр кукол

Добрый

Другой Белгород 🦅

Отзывы пользователей (0)

Последние посты