Для человека, что всерьез пытается разобраться в истории России, а не просто кормится готовыми политизированными концепциями, которые распространяют последние сто лет красные и белые популисты, важно понять о России в 20-м веке несколько важных вещей.
Россия в конце позапрошлого, начале прошлого века была типичной европейской страной с некоторыми особенностями. Типичной ее дело то, что она находилась в анвагарде мирового прогресса, который харакетризовался первым в истории человечества тотальным переходом от традиционного общества к современному городскому. Как и во всей Европе, а потом и в остальном мире, в тот момент появлялся новый тип людей. Я бы назвал их нашим исконныи словом цивитас. Это люди жизнь которых и идентичность связаны с городской цивилизацией, а не с родом, племенем или конкретным участком земли. Цивитас имеет конечно печать местных племенных особенностей, как-то язык или угасающее религиозное чувство с местной спецификой, но по сути может спокойно жить и действовать в любой точке мира, где существует аналогичная городская культура. Везде, где бы он не появился, его будут окружать технологии и материальная культура, позволяющие вести совершенно аналогичный образ жизни и не важно, что это будет Киев, Харьков, Мадрид, Париж или Берлин.
Мы знаем, что культура цивитас России была и остается одной из мощнейших в мире и так было уже на заре промышленной революции, которая и превращает традиционные народы в этих самых цивитас. Даже самый глупый из популистов не станет отрицать огромный вклад русского города в науку, культуру, технологии сделанный еще во времена послереформенных Романовых. Эта универсальная культура, как и сегодня, созидалась общими усилиями всех цивитас планеты.
Но особенность России в ее огромном по тем меркам населении и огромной и по нынешним меркам территории. Не смотря на всю скорость и успешность промышленной революции, не смотря на то, что за пару десятилетий число населения городов удваивалось, а потом еще и утраивалось, рядом с цивитас продолжали жить в количестве сотен миллионов представители другой, домашинной цивилизации. Назовем их аборигенами. Людьми, которые сохраняют корни, сохраняют родовое и местное самосознание, сохраняют уклад жизни сходный еще с временами, когда и государства Россия еще толком не существовало. Эта та самая Русь крестьянская и бесконечно далекая от нас сегодняшних своей культурой. Действительно, если цивитас начала 20 века практически ничем от нас не отличимы, то такой абориген-крестьянин в своей крайней форме бесконечно от нас далек.
Я уже говорил не раз, что это разделение можно представить даже в национальном разрезе. Когда в деревнях живут аборигены великороссы и малороссы (не существовавшие в реальности идентичности и по сути являющиеся лишь маркерами для бюрократического учета, который так любят цивитас), то в городах живут уже русские - с другой культурой, другим нормированным языком, а на Украине идет борьба за появление еще одного вида цивитас - украинцев, которые по сути все равно не будут иметь серьезных отличий от любой другой подобной городской нации.
Так вот представители городской цивилизации, подобно храбрым эллинским колонистам, пересекая море прогресса, строят свои города среди сходных своим варварством племен - тавров, фракийцев или кельтов. Эти форпосты постепенно превращают варваров в эллинов. Так и русские цивитас постепенно превращают аборигенов в самих себя. Родившийся в русском городе, рождается одновременно во всех городах мира. Везде свой. Лишенный корня.
Эти цивитас конкурируют с аборигенами за землю, ресурсы, детей, пользуясь культурным и техническим превосходством навязывают им цивилизованный образ жизни вместо их традиции.
И вот особенность России в огромном количестве этих аборигенов. Да со временем они также станут цивитас, вкусив всю сладость цивилизованной жизни. Но пока что это еще не так.
Государство полностью подчинено городу. Город устанавливает и навязывает законы, отбирает у аборигенов все что им нужно. Развязывает войны по своему усмотрению. Карает и милует.
