«Сейчас многие государства готовят операции по вызову своих граждан из стран Персидского залива. В ОАЭ, Катаре, Бахрейне, Кувейте огромная часть населения – иностранные специалисты, многие из них работают по контрактам и могут достаточно быстро покинуть страну. Возможен отток иностранных работников в Индию, Южную Азию, Европу, Великобританию, Австралию, Канаду. Это будет не гуманитарная миграция, а корпоративная релокация специалистов», — пояснил Дмитрий Бридже.
Если конфликт затянется, начнётся региональное перемещение населения, отметил эксперт.
«Например, из Ирана наиболее вероятные направления оттока населения – Турция, Азербайджан, Ирак (особенно, для курдских регионов), Армения. Такая тенденция уже наблюдалась ранее, когда в период обострения ситуации иранцы уезжали в Турцию. Из Ливана люди могут перемещаться в Сирию, из Сирии – в Турцию, Иорданию и Кипр. Граждане стран Персидского залива зачастую не становятся беженцами, обладают финансовыми ресурсами и переезжают в Великобританию, Францию, Швейцарию, США», — рассказал Дмитрий Бридже.
Третья волна миграции – поток в Европу, которая традиционно становится точкой миграционных потоков из региона. По оценкам европейских миграционных агентств, в случае дестабилизации Ирана с его населением около 90 млн человек даже частичное переселение может создать серьёзное давление на европейские системы убежищ.
«Другие маршруты – Ирак, Турция, Греция, Балканы, Кавказ. Европейские власти пока не видят признаков массовой миграционной волны. Но ситуация может быстро измениться, это зависит от политики США и администрации Трампа. Россия может представлять интерес для студентов, предпринимателей, части среднего класса, представителей научно-технологической элиты, но не станет основным направлением миграции, этому не способствуют география и языковые барьеры», — отметил политолог.
Большинство иранцев будут ориентироваться на Европу, Турцию, страны Персидского залива, считает эксперт. По мнению Дмитрия Бридже, массового исхода населения с Ближнего Востока, скорее всего, не произойдёт, поскольку экономическая логика в регионе сильнее военной политики.
«Главный риск — не эмиграция, а внутренняя дестабилизация, внутреннее перемещение населения: гуманитарные организации фиксируют десятки тысяч перемещённых лиц в регионе на ранней стадии конфликта, движение обычно происходит из крупных городов и районов, военных объектов, приграничных зон», —заключил эксперт по Ближнему Востоку.
https://mskgazeta.ru/v-mire/glavnyj-risk-ne-emigraciya-a-kuda-poedut-bezhency-iz-za-konflikta-vokrug-irana-16038.html
