1,6 триллиона «отжали» назад
В России официально признали масштаб проблемы, о которой раньше предпочитали говорить вполголоса: за год вскрыто более 150 тысяч коррупционных нарушений. Это уже не «отдельные случаи», а полноценная система, которая живет, функционирует и, судя по динамике, чувствует себя вполне уверенно.
На этом фоне особенно громко звучит другая цифра - 1,6 триллиона рублей. Именно на такую сумму имущество было возвращено в казну по искам прокуратуры. Речь идет о двух тысячах объектов недвижимости, а также других активах, изъятых у коррупционеров. На первый взгляд это выглядит как серьезный результат и даже как победа, однако возникает закономерный вопрос: если удалось вернуть столько, то какие же реальные масштабы похищенного?
Подобные суммы не возникают случайно - за ними стоят годы отлаженных схем, договоренностей и системного молчания. И если все это начинает вскрываться только сейчас, значит, ранее либо не замечали, либо не хотели замечать происходящее.
При этом президент прямо указывает на рост коррупционных преступлений - плюс 12,3% за год. Получается парадоксальная ситуация: с одной стороны, государство демонстрирует успехи в борьбе с коррупцией, а с другой - фиксирует ее дальнейшее распространение. Такая статистика позволяет отчитываться о результатах, но не дает ответа на главный вопрос - почему проблема продолжает расти.
Отдельного внимания заслуживает ситуация с осужденными коррупционерами, которые находятся в зоне боевых действий. По официальным данным, их около 1100 человек, и теперь военной прокуратуре поручено проверить, действительно ли они исполняют условия контрактов, а не пытаются устроиться в более безопасных и комфортных условиях.
В результате возникает довольно противоречивая картина: человек совершает коррупционное преступление, получает наказание, затем оказывается в зоне конфликта, и при этом требуется дополнительный контроль, чтобы он не уклонялся от исполнения обязанностей. Такая многоступенчатая система выглядит скорее как сложный механизм управления последствиями, чем как эффективная профилактика.
При этом на уровне заявлений звучат вполне правильные тезисы о том, что ни должность, ни статус не должны служить оправданием для нарушения закона. Однако эти слова повторяются из года в год, тогда как статистика продолжает демонстрировать рост.
Не менее показательной остается ситуация с киберпреступлениями, в результате которых у граждан было похищено около 200 миллиардов рублей, при этом значительная часть этих преступлений остается нераскрытой, а ущерб - невозмещенным. На этом фоне особенно остро воспринимается дисбаланс между заявленными приоритетами и реальными результатами.
В итоге складывается ощущение, что основное внимание уделяется не устранению причин коррупции, а работе с ее последствиями: выявлению, изъятию активов и отчетности. При этом сама система, которая позволяет подобным нарушениям существовать, продолжает функционировать.
Если ежегодно фиксируются десятки и сотни тысяч нарушений, это может говорить не только о росте преступности, но и о том, что проблема давно носит системный характер. И пока одни возвращают средства в казну, другие продолжают находить новые способы их извлечения, действуя осторожнее, тише и, возможно, более профессионально.
