Яна смотрит сериал про Анну Герман и произносит: «Переключи. Зачем мне смотреть на эти страдания, у меня своих хватает». Она с упоением может «страдать» даже тогда, когда для этого нет причин. Ищу их в себе: «Может, я абьюзер?» «Если бы ты был абьюзером, я бы тебя давно убила», - прилетает от нее ответ. Её «страдания» у меня вызывают умиление. Ибо поводы пустячные с мужской точки зрения, один из самых главных - «нечего надеть» (хотя шкаф забит ее одеждой). Яна устраивает ревизию и удивляется: «Посмотри, какое я платьишко отрыла». Потом находит еще и еще забытое, но делает вывод: «Все-таки новое мне нужно».
Отломанный ноготь (а запись к ногтевому мастеру Оксане шаговой доступности только через неделю) тоже служит причиной перемены настроения.
«Макс, разбил зеркало. Я два дня рыдала», - Яна разговаривает с подругой по телефону. Чтобы она рыдала, я не видел. Это гипербола. «Януся, на маркетплейсе заказал такое же. Сегодня заберу», - успокаиваю. «Это плохая примета. Ты что, не знаешь?!» - приводит «убийственный» аргумент она.
Если нам, мужчинам часто бывает очень хорошо и продолжительное время (а плохо бывает только с похмелья), то женщине хорошо бывает на очень короткий период. Это какой-то божественный замысел, который нам, мужчинам, не постичь.
Яна не любит боевики со стрельбой реками крови, но залипает на криминале с расчленёнкой «Следствие вели...» с Каневским. «Меня это успокаивает», - говорит она.
«У меня две руки. Я сейчас на тормозах. Ты можешь говорить помедленнее. Напомни, что ты просил?», - говорит она. «Я ничего не просил, просто выражаю восторг по поводу твоего отрытого платья». Прошу ее повернуться на «360 градусов» (по Бербок), чтобы лучше рассмотреть. «Я не кажусь в этом платье легкомысленной?» - спрашивает она. «Так это же хорошо», - одобряю. Яну моя легкомысленность настораживает. В школе ей надо быть серьёзной. Но у неё, по её словам, не очень получается. Она хихикает вместе с учениками.
Яна называет имя ногтевого мастера, которого «предала», уйдя к Оксане «шаговой доступности». «Представляешь, - говорит она подруге по телефону, - Она сказала, что мне нужно колоть ботокс, потому, что у меня появились мимические морщины». И через паузу серьезно: «Я слишком часто смеюсь».
Яна вынимает из пакета торт, принесенный мной из магазина, смотрит с укоризной: «Ты для чего ЭТО купил?! Чтобы сделать меня толстой?» Пробует мизерный кусочек и произносит: «Это очень вкусно. Но больше не бери». И добавляет: «Без моего согласия».
Из «Пятёрочки» возвращаюсь и с историей. «Представляешь, стою на кассе и глазами натыкаюсь на плакат Прохора Шаляпина с надписью «Мальдивная акция». Говорю кассирше: «Симпатичный парень. Но абсолютно пустой». «Ага, - отвечает она. - Нас, сотрудников, он тоже бесит. Но бабулькам нравится». «Согласна с кассиршей, - реагирует Яна. - Мерзость этот Шаляпин, который даже не Шаляпин».
Накануне 8 марта Яну завалили подарками в школе. Она принесла домой ворох пакетов со сладостями и два букета. «Цветы не покупай», - говорит она строго. Она хочет в подарок очки в дорогой оправе, новые телефон и платье. «Выбирай, заказывай», - предлагаю я. «Нет, не буду», - подумав, выдает она. «Почему?» «Денег жалко».
Зачитываю ей этот пост и спрашиваю: «Могу это опубликовать?» «Я подумаю», - говорит она и забывает. А потом читает его в ВК и хихикает, увеличивая мимические морщины.
