Эпитафия «Телеге»
Почему «Телеграм» всё же запретят и кому это выгодно?
За последние недели через крупнейшие государственные СМИ РФ была проведена мощная информационная атака. «Телеграм» обвинили в гибели в результате покушений российских генералов, в теракте в «Крокусе». Появились сообщения, что против основателя «Телеги» Павла Дурова будет возбуждено уголовное дело за содействие террористической деятельности.
Противников запрета запугивают: якобы в случае признания «Телеграма» террористической организацией обвинения в содействии террористам могут получить владельцы платных аккаунтов, а это практически все администраторы телеграм-каналов.
«Вражеским видом связи» назвала «Телеграм» в присутствии президента РФ военнослужащая в звании подполковника. Правда, потом СМИ сообщили о наличии у неё самой платного аккаунта во «вражеском» мессенджере.
Обвинения не выдерживают критики. Террористы использовали не только «Телеграм». Они, например, захватывали авиалайнеры и таранили ими небоскрёбы. Запретим теперь самолёты и снесём все высотные здания?
До сих пор при атаках бандеровских дронов на регионы России приходится отключать мобильный интернет. Кто-нибудь внятно ответит, каким образом украинские дроны пользуются услугами российских сотовых операторов? Нет ли здесь содействия террористической деятельности?
Почему КПРФ вступилась за «Телеграм»? Разумеется, не ради преступников, которые им пользуются. Со времён Ленина коммунисты в России отвергают террористические методы как категорически неприемлемые. Так было и так есть. И, конечно, КПРФ не беспокоит финансовое благополучие бизнесмена Павла Дурова. Дело совсем в ином — в том, каким феноменом стал «Телеграм» в информационном пространстве.
Попробуем с марксистской точки зрения объяснить, почему атакуют «Телеграм», причём не только в России, но и в других странах.
«Владелец заводов, газет, пароходов». Советский поэт Самуил Маршак смотрел в корень. Финансовый капитал стремится к монополии везде: в производстве, инфраструктуре и... в средствах массовой информации. После разрушения СССР информационная монополия капитала состоялась: в мире стал слышен только голос «уважаемых людей».
«Улица корчится безъязыкая — ей нечем кричать и разговаривать», — писал Владимир Маяковский. Дуров понял эту ситуацию и умело сыграл на ней: в его «Телеграме» появилась возможность создания публичного информационного канала. Он не уравнял шансы между богатейшими и беднейшими, но всё же породил возможность конкуренции.
Что нужно для создания любого СМИ — печатного или электронного? Капитал. И порой немаленький. Даже скромный новостной сайт — это расходы на оборудование и персонал. А что нужно для создания телеграм-канала? Смартфон и доступ к интернету. Остальное зависит от трудолюбия и таланта тех, кто за это взялся. Если телеграм-канал действительно интересен, его аудитория растёт в геометрической прогрессии.
Увидев это, обеспокоенный капитал начал покупать владельцев телеграм-каналов, а тех, кто не продался, подвергать репрессиям. Но традиционные средства борьбы — кнут и пряник — оказались недостаточно эффективны в уникальной среде телеграм-каналов. Информационная монополия «уважаемых людей» настолько надоела обществу, что голос их противников всё равно остаётся слышен. Он даже крепнет.
Как же такое могут стерпеть «владельцы заводов, газет, пароходов»? Отсюда их жёсткий ответ: уничтожить!
Ради восстановления своей монополии в информационном поле капитал готов лишить многие миллионы людей удобного средства общения и похоронить труд создателей любых телеграм-каналов — не только общественно-политических, но и культурно-образовательных, развлекательных и прочих. Точно так же, как поднятие НДС в РФ разоряет малый и средний бизнес и укрепляет позиции монополистов в экономике.
Обратите внимание: принципиальные борцы с мошенниками в мессенджерах — это люди, которые считают неприкосновенными результаты ваучерной приватизации имени Чубайса. А защитники «информационного суверенитета» от «вражеского» «Телеграма» совсем не против участия иностранного капитала в экономике РФ.
Михаил КОСТРИКОВ.
