Честь имею, братья и сестры, а также граждане печенеги и половцы! 🫡
С 2010 года на регулярной основе в качестве оправдания своей бездарной внутренней и внешней политики Путин и его холуи всуе поминают «печенегов и половцев». Мол терпели 320 лет и тех и этих наши предки, а потому и мы можем потерпеть и лесные пожары, и коронавирус, и «идущую по плану СВО».
Гражданскому обществу и военнослужащим России предлагается вечная роль терпил в своём собственном поруганном Отечестве, которым надо терпеливо ждать, пока «внутренние печенеги» в Кремле не сдохнут, обожравшись чёрной икрой или захлебнувшись коньяком.
Совсем другой вариант решения печенежской (скифской) проблемы выбрал ровно 935 лет назад молодой император Римской империи Алексей I Комнин. Алексей неоднократно предпринимал попытки решить «печенежский вопрос» мирным путем, в частности предлагая им союзы, субсидии и земли для поселения, но печенеги всякий раз нарушали договоренности.
Весной 1091 года орда вновь вторглась в пределы империи Ромеев и стала угрожать самому Константинополю. Алексей заручился поддержкой половцев во главе с ханами Боняком и Тугорканом (известным в древнерусских преданиях, как Тугарин-змей).
Половцы были сами по себе весьма ненадёжным союзником, к тому же мощным настолько, что самостоятельно могли воевать против любой стороны. Накануне битвы нетерпеливые половецкие послы обратились к императору со следующими словами: «До каких пор будем мы оттягивать бой? Знай, что мы больше не намерены ждать и с восходом солнца отведаем мяса волка или ягнёнка».
Печенежская орда насчитывала 85 000 человек, численность половцев составляла около 40 000 человек, а войско самих ромеев составляло едва 25 000 человек.
Благодаря грамотной организации марша орда была застигнута врасплох. 29 апреля 1091 год император лично повёл войско в битву при Левунионе. Печенеги не сумели организовать отпор, и после атаки противника на их полевой лагерь началось настоящее иcтрeблeниe. «Из-за одного дня не пришлось скифам увидеть мая». То, что начиналось, как сражение, закончилось резнёй. Даже язычники-половцы были поражены суровостью греков и покинули тех, на чьей стороне сражались.
Дочь императора Анна Комнина описала это так: «Можно было видеть необычайное зрелище: целый народ, считавшийся не десятками тысяч, но превышавший всякое число, с жёнами и детьми, целиком погиб в этот день.»
Спустя тридцать лет печенеги пришли в себя и снова вторглись во владения империи. На этот раз решать проблему выпало сыну Алексея — Иоанну II. Он, как и его отец ранее, лично повёл войско в бой, несмотря на то, что был ранен стрелой в ногу. Битва при Берое протекала с переменным успехом, ромеи не могли достичь успеха, посланные императором франки также не сломили сопротивления печенегов, и после недолгих размышлений он повёл в бой свой последний резерв - 450 варягов из Англии. Этой атаке предшествовала молитва императора перед иконой Богоматери. Ключевым моментом битвы стал штурм укреплённого повозками лагеря, в котором лично принял участие Иоанн II в окружении своих телохранителей, «которые защищаются длинными щитами и заостренными с одной стороны секирами». Печенеги были окончательно разгромлены.
На том и закончился “печенежский вопрос” в Римской империи (Βασιλεία τῶν Ῥωμαίων). А у нынешних «кремлёвских печенегов» всё ещё впереди. Пусть пока набивают утробу севрюгой и лобстерами. Недолго осталось.
