Надпись МГУ на этом редком жетоне не должна вводить в заблуждение - к Московскому университету он не имеет никакого отношения. Тем не менее, в своё время обладатель этого знака с гордостью носил его на груди. Ещё бы: должность надсмотрщика позволяла открывать двери любых московских учреждений и частных домов, если в них был.... водопровод.
Да-да, перед нами - огромная редкость: подлинный тяжелый номерной латунный знак надсмотрщика за Московским водопроводом, выданный Московским городским управлением (МГУ) в конце XIX века. Это не просто бирка, а полноценный служебный документ: предъявив её, надсмотрщик был вправе требовать доступа к любому участку водопроводной сети, находившейся под его надзором.
Такой привилегией в Первопрестольной обладали не многие - об этом свидетельствует однозначный номер жетона, что и объясняет редкость этого экспоната на рынке антиквариата. Ну как было не гордиться такой должностью?
К началу XIX века водоснабжение российской столицы находилось в плачевном состоянии. В Москве к 1830 году насчитывалось 4 813 колодцев, многие из которых давали воду, непригодную для питья. А потому водовозов (подвозчиков питьевой воды) в тогдашней Москве было не меньше, чем в наши дни курьеров-доставщиков. Однако и привозимая ими воды оставляла желать лучшего: брали ее в лучшем случае из городских фонтанов, а нередко просто из Москва-реки или близлежащих речек.
Проблему эту пытались решить давно. Еще в июле 1779 года Екатерина II подписала повеление о строительстве централизованного водопровода, выделив на это 1,1 миллиона рублей серебром. Проект поручили военному инженеру Фридриху Бауэру: источником воды избрали подрусловые воды реки Яузы близ Больших Мытищ. Строительство растянулось на четверть века, и лишь 28 октября 1804 года в Москву пошла первая чистая вода.
Сердцем этой системы стал Ростокинский акведук — величественное кирпичное сооружение, по которому мытищинская вода переправлялась через реку Яузу. Современники называли его «Миллионным мостом» — из-за стоимости строительства. На протяжении всего XIX века водопровод непрерывно перестраивался и расширялся, а в конце XIX столетия на Крестовской заставе выросли две монументальные водонапорные башни, ставшие символом нового Мытищинского водопровода.
Тогда же появились и надсмотрщики-водопроводчики — именно так официально именовалась должность — следили за состоянием труб, кранов, водоразборных будок и фонтанов. Пропуском им служил латунный жетон, введенный в 1871 году по указу об учреждении должностных знаков для лиц, служащих по городскому общественному управлению. Городовое положение 1892 года закрепило норму: чины «торговой и хозяйственной полиции, назначаемые управой», носят знаки при исполнении служебных обязанностей и в торжественных случаях.
Заметим, что мало какая страна мира могла похвастаться таким охватом: знаки полагались не только сенаторам и мировым судьям, но и лесникам, дворникам и ломовым извозчикам. Изготавливались знаки на Монетных дворах — но если тираж не поспевал, в губерниях чеканили собственные варианты, которые могли слегка отличаться формой и шрифтом. Именно поэтому сегодня знаки одной и той же должности встречаются в разных исполнениях, что делает их особенно ценными для коллекционеров и историков.
Писатель-фантаст и выдающийся фалерист Кир Булычёв (Игорь Можейко) — один из первых серьёзных исследователей этой темы — полагал, что должностные знаки — «богатейший источник информации», которым историки незаслуженно пренебрегают .
Большое собрание этих знаков сегодня можно увидеть в каталоге галереи "Канделябръ", откуда мы и взяли изображение этого редкого жетона.
